себе быть теми, кем они хотели быть — свободными, страстными, счастливыми, едиными в этом общем порыве.
Елена всё ещё стояла в объятиях Марко, чувствуя, как он двигается внутри неё, всё быстрее и глубже, как его руки сжимают её ягодицы, приподнимая её навстречу каждому толчку, как его дыхание становится более прерывистым, как его член пульсирует внутри неё, касаясь её чувствительной точки с каждым движением. Она чувствовала, как внутри неё нарастает напряжение, как мышцы начинают сокращаться, как волна удовольствия поднимается всё выше, готовая разбиться. Она смотрела в глаза Марко, видела в них своё отражение, видела, как он смотрит на неё с восхищением и страстью, и она знала, что эта ночь навсегда изменит их всех. Она прошептала с улыбкой, полной благодарности и желания:
— Grazie, amore mio... Спасибо тебе... за это.
Он улыбнулся в ответ, ускоряя темп, его толчки стали более глубокими и ритмичными, и она закрыла глаза, отдаваясь этому мгновению, этому мужчине, этой ночи, которая была подарена им судьбой, чувствуя, как волна удовольствия накрывает её, и она начинает кончать, содрогаясь в его руках, крича на русском, чтобы все слышали:
— Да! Да, Марко! Я кончаю! Боже, я кончаю!
Её тело выгнулось, и она чувствовала, как он продолжает двигаться внутри неё, продлевая её оргазм, и её крик смешался с криками подруг, которые тоже достигали пика, создавая единый хор женского наслаждения, который звучал гимном свободе и страсти.
***
Через некоторое время, когда дыхание начало выравниваться, а тела — остывать от только что пережитого напряжения, мужчины переглянулись. В их взглядах, тёмных и блестящих в полумраке комнаты, промелькнуло молчаливое понимание, та самая мужская солидарность, которая не требовала слов. Марко, чей член всё ещё был влажным от Елены, а на его губах играла удовлетворённая, но всё ещё голодная улыбка, обвёл взглядом комнату — кровать, где Марина лежала, тяжело дыша, диван, где Светлана сидела с прикрытыми глазами, и Елену, которая стояла рядом с ним, чувствуя, как его семя стекает по её бедру.
— А не разнообразить ли нам нашу вечеринку? — предложил он, и его голос, низкий и хрипловатый, разнёсся по комнате, заставляя сердца женщин забиться быстрее. В его тоне звучала игривая интрига, смешанная с той уверенностью, которая уже свела их с ума.
— Что ты имеешь в виду? — спросила Елена, тяжело дыша, и её голос был прерывистым, с лёгкой хрипотцой, которая появляется после оргазма. Её грудь всё ещё вздымалась, соски были твёрдыми и чувствительными, а тело помнило каждое прикосновение Марко. Она чувствовала, как его семя смешивается с её собственными соками и медленно стекает по внутренней стороне бедра, и это ощущение наполняло её одновременно смущением и гордостью. Она перевела взгляд с Марко на Лоренцо и Алессандро, пытаясь угадать их намерения.
— Мы хотим попробовать каждую из вас, — улыбнулся Лоренцо, и его глаза, блестящие в мягком свете ночника, перебегали с Елены на Марину и на Светлану, задерживаясь на каждой чуть дольше, чем требовали приличия. Его стройное, подтянутое тело, ещё влажное от пота, было расслабленным, но в его взгляде горел тот самый огонь, который обещал новые открытия. — Ведь нас трое и вас трое. Будет справедливо, если мы поменяемся. Вы уже попробовали нас, теперь мы хотим попробовать всех вас. Каждая из вас прекрасна по-своему, и мы хотим почувствовать эту красоту сполна.
Его слова повисли в воздухе, и в комнате на мгновение воцарилась тишина, нарушаемая только учащённым дыханием и тихим гулом города за окнами. Женщины переглянулись, и в их глазах блеснул азарт — тот самый, который привёл их в этот
Пес, который меня трахнул !!! Часть - 2