состояния. Перед диваном красивый кофейный столик. Выглядел он как совершенно новый. А сразу на ним — ящик. На ящике телек с антенной в сторону мутного окна под потолком. Чайник на табуретке, кружка одна, микроволновка и тарелка с ложкой.
Она потрогала диван. Села.
— Батя твой тут и правда живёт, что ли?
— Не живёт. Сбегает. Я тут спал пару раз. По приколу. Нормально. Дует только от ворот, если щель не заткнуть.
Он включил чайник. Не ради чая или кофе, а чтобы проверить работоспособность устройства. Рита удовлетворённо кивнула.
— Я тут не помешаю?
— Кому? Бате? Нет. Он найдёт к кому свалить, если надо будет. А остальным на гараж плевать. Если они вообще в курсе о его местонахождении.
— А если это надолго затянется? Ну... батя меня домой точно не пустит.
— И живи спокойно. Придумаем, куда тебя пристроить. Гараж тоже не предел мечтаний.
Чайник щёлкнул. Артём сполоснул кружку и вылил в ведро у верстака.
— Ты есть, поди, хочешь? Я могу...
— Не хочу. Полный желудок пива. Этот вкус ничем не перебить — его лучше просто забыть.
— Завтра жратвы принесу. Там вон печенье есть. Отец всегда закупается. Оно нормальное, можешь смело есть.
Он переместил от микроволновки мятую пачку «К кофе» на столик. Рита всё же взяла одно и съела.
— Лёня писать будет сто пудов, — она сжала челюсти, но постаралась сделать вид равнодушия к ситуации. — Не позвонит. Напишет. «Я не это имел в виду». Или подобную херь.
— Ты, кстати, в курсе, что он на самбо теперь ходит?
— Ну и? А раньше не ходил?
— До тебя — нет.
— Меня, чтобы в постель уложить, самбо не нужно, — Рита наконец улыбнулась всей своей улыбкой. — Ладно. Не хочу про него.
Она ещё раз осмотрелась и вдруг стала серьёзной.
— Стопэ. А куда сикать прикажешь?
Артём захохотал в голос так, что пришлось для начала отсмеяться.
— В ведро, подруга. Тут канализаций нет. Вон, под раковиной.
— Так вонять же будет!
— Ещё как. Это я тебе как однажды ночевавший говорю.
— Пиздец... И срать?
— И это тоже.
Рита откинула голову на спинку дивана и закрыла руками лицо.
— Батя ведь не остынет, — промычала она в ладони и убрала их. — Мамке я ж написала, что жива. А она прочитала и ничего. Наверное, он рядом сидел. Или ей уже всё равно.
— Да не всё равно ей, — попытался утешить Артём.
— Тебе легко говорить. Твои не такие.
Артём хмыкнул.
— Мои тоже не сахар. Не жалуюсь, конечно. Тут ни в какое сравнение. Но... Мы с сестрой с детства сами себе предоставлены. «Кто-то же должен вас обеспечивать» — цитата может быть приписана любому из предков. Иногда добавлялось, что мы должны вести себя как взрослые.
— Сестра старшая?
— Младшая. Алина. Да ты знаешь её. На год тебя младше.
— Ага, вспомнила, — Рита кивнула. — Видела ж тебя с ней пару раз. Красивая она.
— Нормальная.
— За ней, поди, парней...
— Давай закроем тему, — немного резче, чем хотел, произнёс Артём. — Ты спать, наверное? Да и мне надо топать, пока меня в розыск не объявили.
— Да, конечно. Иди... да.
Она замолчала. Артём потянулся и встал.
— Если что, я на телефоне. Обогреватель не забудь включить.
— Тём.
— Чего?
— Зачем я тебе? — Рита поднялась и встала даже слишком близко к нему.
— Ты подруга, — сказал Артём, но и сам почувствовал, что от близости Риты у него перехватило дыхание.
— Подруг не ебут как грязную шкуру.
Она сказала это тихо. Между ними оставалось всё меньше пространства.
Олечка (часть 4)