Он засмеялся, но взгляд стал тёмным. Я видел, как он смотрит на её ключицы, на грудь, на просвечивающие под платьем соски.
Никита был сдержаннее, но тоже не сводил глаз.
— Ты сегодня на пляже была просто феерична. Эти все мужики... они же вообще перестали играть.
— Ну, не все, — улыбнулась она.
— Я бы не смог. Я бы просто стоял и смотрел.
— А ты и смотрел.
— Смотрел. И не только.
Он посмотрел на меня.
— Твой муж, наверное, гордится.
— А ты?
— Я бы тоже гордился. Если бы ты была моей.
Потом была музыка.
Медленная. Тягучая. Мирослав встал.
— Потанцуем?
Света посмотрела на меня. Я кивнул.
— Пойдём.
Он взял её за руку, вывел на площадку. Прижал к себе. Его руки легли на её талию. Потом спустились ниже. Я видел, как он сжимает её задницу. Она не убирала. Даже наоборот — прижалась плотнее, обняла его за шею.
Потом её пригласил Никита. Он танцевал иначе. Спокойнее. Держал её за талию, вёл. Потом развернул спиной к себе. Его ладонь легла на её живот. Он что-то шептал ей на ухо. Она закрыла глаза. Я видел, как его рука скользит вниз.
Она вернулась за столик раскрасневшаяся. Глаза блестели.
— Лёш, — прошептала, — они такие... горячие.
— Вижу.
— Я хочу их. Обоих.
— Тогда пригласи их к нам.
Она посмотрела на меня. Потом перевела взгляд на них.
— Мальчики, может, продолжим у нас? У нас есть виски.
сладкая соль