Рекс тихо заскулил, его тело дрожало. Она медленно провела кончиком хлыста по его шее, спускаясь к плечам.
– Тогда жди. Не двигайся, пока я не скажу.
Пёс пытался сделать шаг вперед, но она слегка ударила его по носу хлыстом. Не сильно, но достаточно, чтобы он отпрянул.
– Сидеть, – приказала она.
Рекс сел, но его взгляд был прикован к её промежности. Она видела это. Её пальцы начали медленно скользить по внутренней стороне собственного бедра. Она даже не смотрела на меня — её внимание было полностью сосредоточено на псе.
– Ты чувствуешь это? – прошептала она, и её голос стал текучим, как мед.
– Чувствуешь, как здесь всё стало мокрым? Я стоял рядом, едва дыша.
Воздух в гостиной стал тяжелым, пропитанным феромонами. Рекс начал тихо поскуливать, его передние лапы подергивались, он буквально сгорал от нетерпения.
– Подойди, – сказала мама, и её голос изменился, стал более жестким.
– Ближе. Рекс сделал шаг, затем еще один.
Его член теперь был полностью обнажен, тёмный, раздутый от прилива крови. Он стоял в нескольких сантиметрах от неё, его горячее дыхание обжигало её кожу. – Теперь иди за мной, – сказала она, вставая и направляясь в сторону спальни.
Ч.6
Она шла вперед, не оглядываясь, её ягодицы ритмично покачивались с каждым шагом. Рекс следовал за ней, буквально втираясь в её спину, скребя когтями по паркету. Когда мы вернулись в спальню, мама резко обернулась.
– Теперь снимай, – приказала она мне.
Я быстро включил камеру и установил её так, чтобы в кадре всё было видно: и её, и пса, и всю обстановку.
Мама взяла Рекса за ошейник, притянув его к себе.
– Ты заслужил это, – прошептала она, закрывая глаза.
– Теперь ты можешь взять всё.
Рекс, больше не сдерживаясь, бросился на неё. Его массивная грудь ударила её в живот, сбивая с ног, и они оба рухнули на кровать. Рекс мгновенно свернул её на спину, наваливаясь сверху всем своим весом. Мама вскрикнула, но в этом крике не было страха — только чистый восторг. Он начал жадно лизать её лицо, шею, грудь, всё с таким напором, что она задыхалась.
– Ох, боже... Рекс... – стонала она, впиваясь ногтями в его мощные плечи.
Пёс сполз ниже, к её бедрам. Его язык, большой и шероховатый, начал исследовать её влажную плоть. Мама выгнулась, её ноги обвили его торс, притягивая его ближе.
– Да, вот так... там...
Рекс вошёл в неё рывком. Мама задохнулась, её тело задрожало. Она обхватила его шею, прижимаясь к нему всем телом.
– Ох, какой ты большой... какой ты сильный...
Его движения стали яростными. Он буквально вдалбливал её в матрас, стараясь проникнуть как можно глубже. Каждый его толчок сопровождался влажным, громким звуком, от которого у меня кружилась голова. Мама сжималась вокруг него, жадно принимая каждый удар.
– Сильнее... ещё сильнее!.. – кричала она, закинув голову назад.
Рекс, почувствовав её экстаз, ускорился. Его дыхание стало напоминать рычание. Он вбивался в неё снова и снова, заполняя всё пространство вокруг мощным, животным ритмом. Мама буквально захлёбывалась, её грудь вздымалась, соски стали темно-бордовыми, твердыми.
– Я сейчас... – выдавила она, когда он сделал особенно глубокий и резкий выпад.
– Снова... Боже, как хорошо!
Она сжала его так сильно, что он на мгновение замер, а затем с яростным рыком выплеснул всё содержимое внутрь неё. Его тело напряглось, он замер в конвульсиях, не выходя, оставляя всё внутри неё. Мама вцепилась в него, её лицо было искажено от удовольствия, а ноги задрожали.
Они лежали так несколько минут: она, распростертая, тяжело дышащая, и он, накрывший её своим массивным телом.
Горячий квартирант