Так продолжалось почти десять лет. Каждое лето, каждый июль: Машина, уральские номера, остановка у его дома. Он уже знал заранее, когда они приедут, созванивались. Готовил дома постели, покупал вино, ставил чайник. И ждал...
Первая жена Николая умерла в 2012 году. Он тяжело переживал. Но рядом были дети — его дети от первого брака. И Аня. И Марина. Она позвонила, когда узнала, и сказала:
— Держись. Ты сильный. Я знаю.
Он держался. И выдержал. Потому что знал: где-то далеко, на Урале, есть женщина, которая помнит его таким, каким он был. И есть дочь, которая любит его просто за то, что он есть.
В первое лето, после смерти жены, в июле 2013 года, Марина осталась на весе две недели, пока Аня с Игорем и его невестой поехали дальше, на море. Они не пропустили ни одной ночи. Любились так, словно помолодели на двадцать лет. Им казалось, что пытаются наверстать упущенные годы, когда были не вместе. Когда дети на обратном пути заехали за мамой, Аня с отцом проговорили почти всю ночь.
— Пап, — начала она. — Я должна тебе кое-что рассказать. Только ты не сердись.
— Не буду.
— Я встречаюсь с парнем. Его зовут Денис. Мы вместе полгода. Я его люблю.
— Ну и хорошо. Что тут плохого?
— Плохое в том, — она опустила глаза, — что он мой двоюродный брат. Сын Андрея... маминого брата.
Николай замер. Поставил чашку. Посмотрел на неё.
— Как это могло получиться?
— Андрей, когда вернулся после ранения домой, жил у бабушки и деда. Они все пытались устроить ему личную жизнь. Он стал встречаться с одной женщиной. Она старше его на три года, забеременела, но они расстались. Женщина уехала в Свердловск. Там она родила сына, Дениса. А мы с Денисом познакомились в универе. Случайно. Влюбились друг в друга сразу. А потом… потом я пришла к нему домой на знакомство, и его мама расспросами разгадала мои корни. По фамилии, по именам моих родных, она распутала весь клубок.
— И что, она одобрила?
— Она была против. Очень. Пыталась нас разлучить. Говорила, что это грех, что так нельзя, что это испортит нам жизнь. Но мы… мы не смогли друг без друга.
Николай молчал. Долго. Потом спросил:
— И что сейчас?
— Сейчас мы вместе. Нашу любовь ничего не остановит. Признаюсь тебе, даже мама не знает, я уже беременна. Почти три месяца...
Он закрыл глаза. Будет внучка. Ещё одна жизнь. Ещё одна ниточка, которая связывает его с Уралом, с Мариной, со всей этой историей.
— А вторая бабушка как теперь? — спросил он. — Мать Дениса?
— Она смирилась. Поначалу было тяжело. Она не хотела нас принимать. Но когда поняла, что у нас это по настоящему, оттаяла.
Николай встал, подошёл к окну. За окном была глубокая ночь. Горели фонари.
— Знаешь, — сказал он тихо, — я не могу тебя осуждать. Потому что я сам жил в этой тайне. Я сам любил женщину, которую не должен был любить. И у меня родилась дочь, которую я не знал восемнадцать лет. Так что… — он повернулся к ней. — Я тебя понимаю. И я тебя не оставлю. Никогда.
Аня заплакала. Он подошёл, обнял её. И она уткнулась ему в плечо.
— Спасибо, пап за понимание.
— Не за что. Ты моя дочь. И твои дети — будут моими внуками. Всё остальное неважно.
Тут их уединение нарушила Марина. Она подошла и глядя на их лица, поняла что разговор уже состоялся.
Дитя порока