как внутри разливается тёплая истома, как мышцы медленно расслабляются. Она приоткрыла глаза, встретилась с его взглядом и слабо улыбнулась, протянув руку, чтобы коснуться его щеки.
— Раздевайся, Саш. Теперь моя очередь, - прошептала она, хотя голос её звучал хрипло и сонно.
Сашка поднялся, расстегнул ремень, снял брюки, стащил трусы, бросая их к рубашке. Маринка села на диване, наблюдая за ним.
Когда он к ней подошёл, она провела ладонью по его груди, по животу, задерживаясь на поясе. Сашка замер, чувствуя, как её пальцы скользят ниже, обхватывают его член, и его дыхание сбилось.
Маринка облизала головку, Сашка коротко выдохнул и положил руки ей на голову, слегка прижимая к себе. Она распахнула губы, и он вошёл в её тёплый ротик, чувствуя, как она ласкает его языком.
Маринка двигалась медленно, но уверенно, будто вспоминая каждое движение, которое он любил. Сашка запрокинул голову, чувствуя, как её язык скользит по нему, как губы плотно обхватывают и отпускают, снова и снова. Она смотрела на него снизу-вверх, и в этом взгляде было что-то озорное, будто она знала, что делает, и наслаждалась его реакцией. Его пальцы сжались в её волосах, но не сильно, а так, чтобы просто держать, направлять, не мешая ей.
Она отстранилась и начала снимать с себя платье. Сашка помог, бросил к своей одежде, туда же следом отправил лифчик.
— Иди ко мне, мой хороший, - промурлыкала она, снова ложась на спину, подтягивая к себе колени.
Он опёрся на локти, нависая над ней, и Маринка вдруг почувствовала, как в ней просыпается то самое нетерпение, которое она сдерживала последние месяцы. Она протянула руку вниз, направляя его в себя, приподняла бёдра, и он скользнул в неё плавно, медленно, как будто входил в тёплую воду.
Оба замерли на мгновение, чувствуя только этот момент, этот ритм, который задавал поезд своим мерным стуком. Маринка обхватила его ногами, и он начал двигаться, сначала осторожно, словно в первый раз, потом всё смелее, находя тот самый темп, который заставлял её сжиматься и выдыхать его имя.
— Саш, - прошептала она, когда он ускорился, и её голос сорвался, превращаясь в стон. - Господи, вот так, не останавливайся.
— Да, девочка моя.
Он целовал её плечи, шею, губы, и его руки сжимали её бёдра, помогая ей двигаться навстречу. Поезд стучал колёсами на стыках рельс, покачивая их в такт, и в этом полумраке, они забыли о времени, о том, что за окном ночь, что кто-то может постучать в дверь. Были только они, их дыхание и этот ритм, нарастающий, как волна перед штормом.
Маринка почувствовала, как напряжение снова поднимается внутри, как всё тело выгибается, и она вцепилась в его спину, прижимаясь всем телом. Сашка ускорился, чувствуя, как она сжимается вокруг него, и в этот момент он понял, что тоже не выдержит.
— Сашка не бойся, кончай в меня, - выдохнула она, закрывая глаза.
Он сжал её в объятиях, после наклонился, уткнувшись в её шею, и замер, когда волна накрыла их обоих. Маринка почувствовала, как он вздрогнул внутри неё, как её тело сжалось в последнем импульсе, и она тихо застонала, разжимая пальцы на его спине.
Некоторое время они лежали, тяжело дыша, не в силах пошевелиться. Поезд продолжал нести их в темноту, и только стук колёс напоминал, что мир всё ещё движется. Сашка медленно отстранился, лёг рядом, притянул её к себе, и Маринка уткнулась носом в его плечо, чувствуя, как гулко бьётся его сердце.
— Ну что, Иванушка-дурачок, теперь ты почти принц, - прошептала она.
Лучшие друзья