поднял голову от журнала. — Ты о чём? Серьезно? Хотя у нас же работы — дохрена. Надо код восстанавливать, приложение доделывать, с «Яндексом» договариваться. Какие ж нам девки?
— Эт ты вообще живой человек, Дэн, — Артемий спустил ноги с полки, свесился вниз. — Жить надо не только работой. Иначе сойдёшь с ума.
— Он уже походу сошёл, — буркнул Никита. — Давно. Когда начал качать порнуха на рабочий ноут.
Дэн покраснел, открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент дверь купе открылась.
На пороге стояла женщина.
ПОПУТЧИЦА
Ей было где-то лет тридцать, может, тридцать два плюс-минус. Высокая и стройная, с длинными тёмными волосами, которые так аккуратно падали на плечи мягкими волнами. Одета она была как будто в простой, но дорогой халатик — тёмно-синий с какой-то вышивкой по вороту. Халатик был завязан на поясе, но даже так было видно, что под ним — тело. А еще было, конечно, явно видно ее грудь, ну она прям была закачаешься, и так изящно натягивая тонкую ткань. А соски-то прям угадывались двумя твёрдыми точками.
— Простите, — её голос был низким, чуть хрипловатым, но с лёгкой игривой улыбкой. — Можно я к вам? В соседнем купе мужики пьют, орут песни. Мне никак не уснуть.
Никита кивнул, пододвинулся, освобождая место у окна.
— Садитесь.
Она села, положила рядом небольшую сумку. От неё так ярко пахло как будто цветами и чем-то неуловимо сладким — может, ванилью в ее аромате, может, она и что-то кушала сладкое. Дэн уткнулся в журнал, делая вид, что читает, но его глаза бегали по сторонам. Артемий, наоборот, уставился на неё в упор, с ленивым и оценивающим взглядом.
— Вы к кому? — неожиданно спросил он.
— Так я себе и к мужу, — она поправила волосы. — Он у меня... Мы с ним там... Он в Гадюкино работает. Лесник. Главный...
Никита и Дэн переглянулись.
— О-о-о, мы тоже в Гадюкино, — сказал Никита. — На альтернативную службу.
— О, были у нас как-то.. — она улыбнулась шире, и в её глазах загорелся какой-то странный огонёк. — Значит, соседи наверняка будем. Меня зовут Лена.
— Никита. Это Дэн. А это Артемий.
Артемий кивнул, не отрывая от неё взгляда. Лена посмотрела на него, и её улыбка стала чуть другой — наверно, даже более тёплой, более такой личной, что ли.
— Артемий, — повторила она, пробуя имя на вкус. — Красивое имя. Выглядишь как тот… как его… из книжки. Дориан Грей.
— Аха-ха-ха. Даа... Только без портрета, — усмехнулся Артемий.
— А вот это мы ещё посмотрим, — она отвела глаза, но уголки её губ дрогнули.
Разговор завязался сам собой. Лена рассказывала о своем муже — Коляне, о том, какой он сильный и заботливый, но как много времени проводит в лесу и чем-то еще занимается. Зарабатывает хорошо... О том, что ей скучно одной. Что деревня маленькая, народу мало, развлечений нет.
— А вы, городские, — она смотрела на Артемия, — наверное, привыкли к другой жизни. Клубы, рестораны, девушки…
— Ну так... Было, — Артемий пожал плечами. — Надоело.
— Не может быть, — Лена наклонилась чуть ближе. Халатик распахнулся, и стала видна глубокая ложбина между ее симпатичными сиськами. Белая кожа и такая бархатная и упругая грудь. — Такой красивый парень — и надоело?
— А вы прям считаете меня красивым? — Артемий улыбнулся своей лучшей улыбкой.
Лена отвела взгляд, но щёки её порозовели.
— Я просто сказала. Как факт.
Они говорили ещё час. О Москве, о книгах, о фильмах. Лена оказалась начитанной — знала Оскара Уайльда, читала Набокова, смотрела артхаус. Дэн вставил пару
Отшельник