дело пыталась поправить её, не осознавая, насколько вызывающе при этом выглядят её пышные формы в полумраке.
Внезапно замок палатки скрежетнул. Внутрь ворвался поток ночного воздуха и чья-то тяжелая, неровная тень.
— Алин… ты чего не спишь? — пробормотал низкий, хриплый от выпивки голос.
Анна не успела даже шевельнуться, как почувствовала, как на край спальника опустилось тяжелое тело. Это был Денис. Он двигался неуклюже, его дыхание было горячим и пахло тем самым крепким самогоном. Он явно не понимал, где находится, но его инстинкты, обостренные алкоголем и первобытной мужской силой, явно работали иначе.
— Денис?.. — попыталась сказать Анна, но голос подвел её, сорвавшись на слабый, дрожащий стон.
Вместо ответа она почувствовала его горячую ладонь на своем бедре. Его пальцы, мозолистые и сильные, сжали её мягкую, обтянутую шортами плоть с такой силой, что у неё перехватило дыхание. Он не слушал. Он прижался к ней всем своим тренированным, перекатывающимся под кожей телом, и Анна почувствовала, насколько он тверд и возбужден.
— Такая теплая… — выдохнул он ей в шею, и его губы коснулись её кожи, вызывая по телу электрический разряд.
Его руки, не знающие осторожности, начали поднимать край её майки. Анна должна была оттолкнуть его, должна была закричать, но пьяный туман и глубоко запрятанная жажда сделали своё дело. Когда его ладонь, горячая и влажная, накрыла её тяжелую, набухшую от возбуждения грудь, Анна лишь невольно выгнула спину, подставляясь под это грубое, властное прикосновение. Она почувствовала, как его большой палец с нажимом прошелся по её соску, и из её горла вырвался первый, совершенно неконтролируемый, глубокий стон.
Он был слишком тяжелым, слишком сильным. Его мускулистое, горячее тело прижалось к её мягким, округлым бедрам, и она ощутила, как его твердая эрекция упирается в её задницу через тонкую ткань шорт. Это было запредельно, это было грязно, это было безумием.
— Денис… — прохрипела она, пытаясь придать голосу строгость, но вместо этого получился лишь жалкий, сорванный стон. — Денис, ты… ты ошибся. Это не Алина. Уходи, пожалуйста…
Она попыталась оттолкнуть его локтями, но он лишь сильнее навалился сверху, зажимая её между своим мощным торсом и пологом палатки. Его руки, широкие и сильные, скользнули по её животу вверх, сминая майку и забираясь под неё.
— Тише, малыш… — прошептал он ей прямо в ухо, и его горячее дыхание обжигало кожу. — Не надо шума. Все спят. Просто расслабься…
Его пальцы грубо и властно накрыли её большую, тяжелую грудь. Он сжал её так сильно, что Анна едва не вскрикнула, но тут же прикусила губу, боясь, что крик разбудит Алину, спящую в своей палатке в 10 метрах, или Дмитрия с Ольгой в их дальней палатке. В голове пульсировала одна-единственная мысль: «Он муж моей дочери. Я должна его остановить. Я — верная жена. Я — мать».
Но тело говорило об обратном. Когда его большой палец с силой надавил на её сосок, выкручивая его, Анна почувствовала, как из неё вырывается сдавленный, животный звук. Внизу живота всё сжалось в тугой, пульсирующий узел. Она чувствовала, как её собственная плоть становится влажной, как соки начинают стекать по внутренней стороне бёдер, смазывая кожу.
— Пожалуйста… — снова попыталась она, но это «пожалуйста» прозвучало не как мольба об уходе, а как приказ продолжать.
Денис, словно почувствовав её слабость, опустил голову ниже. Его губы впились в её шею, оставляя влажные, горячие следы. Постепенно его рука начала перемещаться ниже, нащупывая через ткань шорт её мокрую, разогретую промежность. Он нажал на неё, и Анна выгнулась дугой, прижимаясь задом к его члену, чувствуя его невероятную, пульсирующую мощь.
?С КОНЕМ!!! - ЭТО КРУТО? Часть -3