девушку, раскрытавшую душу. Он позволил ей сделать это. Но сам замер статуей. На ее поцелуй он не ответил ни единым движением губ, оставаясь полностью холодным и безучастным.
Спустя несколько секунд Даша сама отстранилась. Увидев его абсолютное, ледяное спокойствие, она закрыла лицо руками и тихо зарыдала.
Денис тяжело вздохнул. Чтобы раз и навсегда отсечь любые иллюзии, разрушить гибельные надежды и защитить девушку от ее собственной нелепой фантазии, он решил выложить главную, самую горькую карту.
— Даша, послушай меня внимательно, — произнес он очень тихим, но предельно ровным голосом. — Подними глаза.
Даша опустила руки, утирая слезы и с надеждой глядя на него.
— Ты видишь во мне какого-то романтического героя, — спокойно сказал Денис. — Но ты не знаешь реальности. После инсульта мой организм сломался. Я не просто инвалид с плохо работающей рукой. Как мужчина... в физиологическом, сексуальном смысле... я уже давно ни на что не способен. Абсолютно. Я импотент, Даша.
Девушка замлела. На ее лице застыл дикий, неописуемый шок.
— Катя летает в Чехию с человеком, который дает ей то, что я дать ей физически не могу, — продолжал Денис, четко чеканя каждое слово. — И я знаю об этом. Я сам ее отпустил. Наш брак держится на уважении, на детях и на взрослом решении. В этой картине нет места никакой романтике. И уж тем более — тебе. Ты молодая, здоровая, красивая девчонка. Не трать свою жизнь на призраки и фальшивые спасательные операции.
Даша сидела на полу, абсолютно ошеломленная открывшейся ей правдой. Ее розовый замок разрушился за несколько секунд, погребя под собой и влюбленность, и желание стать «спасительницей».
— Протри глаза, Даш, — уже мягче добавил Денис, протягивая ей левой рукой бумажную салфетку. — Доглаживай вещи, попей чаю и иди домой. И давай сделаем вид, что этого разговора между нами никогда не было.
Даша смущенно опустила глаза и прошептала:
— Прости меня, Денис... Я ничего не знала. Я, наверное, идиотка, да?
Денис мягко улыбнулся и положил свою здоровую левую ладонь ей на голову, гладя по шелковистым русым волосам: — Ну что ты, никакая ты не идиотка. Ты просто молодая девушка, очень романтичная. Ты, наверное, хотела спасти меня, и тебе было обидно, что моя жена «за спиной» наставляет мне рога?
Даша ничего не ответила и снова закрыла лицо руками — теперь уже исключительно от вспыхнувшего смущения и осознания всей нелепости ситуации.
— Спасибо тебе, милая, за заботу и переживания, — продолжал Денис спокойным, убаюкивающим голосом. — Но поверь, Даш, у нас с Катей всё хорошо. Мы любим друг друга, а эти ее прогулки... Боже, это всё внешняя жизнь. Физиология, необходимость, которую если принять, то не приходится терпеть. Это всего лишь процедура. Я же не буду ревновать ее к гинекологу или стоматологу, верно? Хотя и тот, и другой прикасаются к ней в самых интимных местах. Но это всего лишь процедура.
— А если она влюбится? — вдруг сквозь пальцы тихо проронила Даша. — Что ты будешь делать потом?
Денис замер. Этот вопрос, произнесенный простым детским шепотом, на мгновение пробил его бронебойную логику. Он застыл, не зная, как ответить, всматриваясь в сумерки за стеклом. А затем, выдохнув накопленный воздух, тихо произнес:
— Надеюсь, этого не случится.
Даша встала, поправила свитер и вытерла оставшиеся следы туши под глазами.
— Спасибо за чай... и за разговор.
— Это тебе спасибо за стирку и глажку. И кстати... за откровенность тоже, — искренне сказал Денис. — Я очень рад, что мы поговорили.
Девушка направлялась к выходу из кухни, когда Денис с легким, невольным сожалением в голосе спросил:
Теща не подозревала