вкусом и способностью кончать долго и красиво. Но уже наутро Сергей стал для неё невидимым. До следующего раза, когда ей снова «захотелось». А такие разы случались всё чаще.
Вскоре Света начала звать подружек. Они устраивали настоящие «собрания»: три-четыре девчонки рассаживались по кругу, полностью голые ниже пояса, широко раздвигали ноги и командовали ему, как псу:
— Ползи сюда… Теперь к ней… Глубже, сладкий, работай языком!
Он ползал между ними на коленях, с ноющей болью в постоянно возбуждённом, но совершенно ненужном члене, и ублажал всех по очереди. Такие разные киски — волосатые и гладкие, кислые и сладкие, тесные и уже хорошо разъёбанные. Он справлялся со всеми.
До сих пор Сергей с возбуждением вспоминал этот кружащий голову густой животный запах, терпкий вкус обильных выделений с лёгкой кислинкой, мягкую дрожащую кожу внутренних поверхностей бёдер и упругие тёплые попки, чьи тесные дырочки иногда сжимали его пальцы.
Больше они от него ничего не хотели. Ни поцелуев, ни объятий, ни тем более обычного секса. Для них он был просто живым вибратором с языком.
Так он и уходил домой — уставший, с красным, надорванным языком, с ноющими полными спермы яйцами и тяжёлой тяжестью внизу живота. Дома запирался и дрочил до темноты в глазах, яростно выплёскивая накопившуюся сперму. А лицо и руки ещё долго хранили густой, склизкий, сладко-похотливый аромат молодых пиздёнок. Он специально не умывался подолгу, вдыхая этот запах и чувствуя себя жалким, использованным, но странно счастливым половым ковриком.
Можно было по-детски надеяться, что хоть одна из этих девчонок проявит к нему каплю ласки или влюбится. Но ничего подобного не произошло. Наоборот. Чем больше они использовали его рот и чем сильнее зависели от его языка, тем презрительнее и жёстче относились к нему в остальное время. Открыто называли ничтожеством, посмеивались и унижали при всех.
Может, это была защитная реакция. А может — обычная женская обида за то, что он так и не сделал с ними то, что должен был сделать любой нормальный парень: просто поставить раком и жёстко выебать, как настоящих развязных шлюх.
— ### —
Когда он познакомился с будущей женой и они впервые оказались в постели, Сергей почти машинально, как хорошо выдрессированный пёс, полез лицом вниз и сделал то, что умел лучше всего. Даша — тогда ещё крупная, молодая девушка с красивой подтянутой фигурой и уже довольно пухлой, сочной пиздой — послушно и недоуменно раздвинула ноги, чтобы буквально через несколько минут оценить достоинства своего нового парня.
Весь вечер и половину ночи он старательно вылизывал её жирные, быстро намокающие половые губы, сосал набухший клитор и запихивал язык как можно глубже в горячую, пахучую дыру, пока у Дашки не начали подрагивать бёдра и она не стала громко, по-бабьи стонать. Потом она призналась ему, краснея и пряча глаза, что впервые в жизни кончила с парнем. И не просто кончила — а несколько раз подряд, до дрожи в ногах и мокрого пятна на простыне. Впервые вообще кончила с мужчиной, а не от собственной руки. На своём удовольствии Сергей уже тогда не настаивал. Довольствовался тем, что после Дашкиных оргазмов дрочил в ванной, быстро и тихо, не беспокоя «удовлетворённую» женщину. Безопасно. Даже презервативы не были нужны для такого сожительства. Все довольны.
Несмотря на такие особенности, их отношения развивались и вскоре они поженились. Даша выбрала его, и он не мог перечить. После свадьбы оральные ласки остались самой главной, самой частой и самой предпочтительной формой их сексуальной жизни. С них всё начиналось, в перерывах Сергей успевал пристроить свой член в разбухшую и чувствительную пизду жены, скоротечно кончить и
Марионетка