из этого. Это было самое меньшее, чего заслуживал любой малыш. Сейчас ему было двенадцать. Уже подросток.
Джаред все еще стоял, глядя на воду и думая о своем сыне.
Он думал о том, что способ добиться большего успеха своего дяди, - это найти баланс между работой и личной жизнью. Он давно решил для себя, что если женится и заведет семью, то его семья никогда не должна будет принесена в жертву на алтарь KBC. Его дети не ни что будут на него обижаться. Он не стал бы участвовать в бессмысленной карусели браков и разводов.
Так что, он надеялся на этот брак с Ракель. Что он состоится. Если бы этого не произошло, Джаред сомневался, что у него вообще мог бы быть другой брак. Ракель для него была идеалом во всех отношениях. И не в последнюю очередь потому, что ее щедрость распространялась и на Трэвиса. Она любила этого мальчика. И его сыну Трэвису Ракель тоже сразу понравилась. И он не возражал, чтобы эта красивая женщина стала его мачехой.
А теперь мысль о том, что у Ракель роман? Чушь!
Доказательства? Чушь.
Джаред взболтал остатки виски в стакане и выпил их залпом. Заходящее солнце исчезало за кромкой воды. Было уже больше шести вечера, и ему пора было отправляться домой, иначе он бы опоздал.
Потому что, именно сегодня поздно возвращаться было нельзя.
Ракель с нетерпением ждала этого вечера в течение нескольких месяцев. Она хотела убить двух зайцев одним выстрелом. Помогая другим и, если получится, - помочь себе самой.
У его Ракель виноделие было в крови. Можно "увести девушку с виноградника, но нельзя вывести виноградник из ее души".
После свадьбы Ракель покинула свой дом в Херес-де-ла-Фронтера, чтобы жить с мужем здесь, в Нью-Йорке. Она нашла свое семейное счастье здесь, вдали от своих любимых виноградников, но не могла не заметить, что северная часть штата также является винодельческим регионом. Она, как истинный патриот Испании и хереса, могла поклясться душой, что так, как на ее родной земле, - ни на одной другой почве на земле не произрастают прекрасные сорта винограда "Паломино" и "Педро Хименес". Однако, она обнаружила, что здешняя почва дает хороший виноград сорта "Бако Нуар" (черный виноград пригодный для виноделия. Прим.пер.)
На протяжении более века ее семья производила амонтильядо под маркой "Casa Torrejn". Это был лучший амонтильядо, которое когда-либо доводилось пробовать Джареду, но как только Ракель поселилась здесь, она начала обдумывать идею чего-то нового и необычного. Создать еще один лейбл для своей семейной компании. Еще одно вино. "Бако Нуар" в деревенском стиле, выдержанное в дубе, от "New York Vines".
Она поделилась этой идеей со своей семьей. Она почти каждый день созванивалась с Испанией, обсуждая эту возможность.
Разговоры привели к выработке плана. Ракель посадила немного винограда сорта "Бако нуар" на небольшом участке земли и сама ухаживала за лозами.
Еще до того, как созрел виноград, она начала внедрять безвредные для урожая способы отпугивания неизбежных птиц. Она сама отмерила, вырезала и установила сетку для защиты винограда. Также установила светоотражающие устройства для отпугивания пернатых. В качестве последней меры она смастерила пугало, активируемое ветром. И попросила Трэвиса помочь ей с этим. Только вдвоем они смастерили пугало, назвали его Бадди и поставили посреди маленького виноградника. Создание "Страшилы Бадди" стало одним из первых событий, сблизивших их.
Когда пришло время сбора урожая, Ракель все делала сама, срезая его вручную и перетаскивая корзины в погреб с помощью всего лишь одного нанятого на сезон работника. С помощью учебников, личного опыта и многочисленных телефонных звонков в Испанию Бенито, главному виноградарю ее семьи, она приготовила столько вина,
Динка