Лейла почувствовала, как краска стыда заливает её лицо до самых корней волос. Она была полностью нага, её тело блестело от масел, а ноги были раздвинуты сыновьями. Перед ней стоял Великий Визирь в богатом кафтане, его жена Джамиля в шелках и главная служанка Зора, сопровождаемая двумя младшими визирями и их женами. Все они были одеты, и этот контраст — нагой матери и облаченных в роскошь государственных мужей — казался Лейле верхом унижения.
— Это необходимо, — произнес Великий Визирь, его голос был сухим и официальным. — Двое султанов живы и полны сил. Чтобы мир в империи был незыблем, переход власти должен быть подтвержден плотью. Мы здесь не для того, чтобы осквернить тебя, Лейла, а чтобы засвидетельствовать законность вашего союза через тебя.
— Позвольте, господин, — вмешалась жена визиря, Джамиля, с легким любопытством в глазах. — Мы должны убедиться, что султанская плоть... подходит для того, чтобы объединить их.
Лейла чувствовала себя как жертвенное животное на алтаре. Она слышала, как визири обсуждают налоги, границы и престолонаследие, пока она, голая, ждала своего предназначения.
— Итак, — Великий Визирь обвел взглядом присутствующих. — Время подтверждения. Готова ли Лейла принять обоих султанов?
— Она готова, — твердо ответила Зора, выступая вперед. — Её тело подготовлено.
Одним резким движением Зора повернула к присутствующим Лейлу, заставив её встать на колени и наклониться вперед — в позу догги. Это была поза абсолютной покорности, обнажающая её задницу и вагину прямо перед глазами визирей и их жен.
— О, боги... — прошептала Лейла, закрывая лицо руками.
— Не закрывай лицо, мама, — прошептал Джемаль, вставая за ней. — Они должны видеть твое величие.
Джемаль лег на кровать спиной к ней, его голова была на подушках. Зора помогла Лейле сесть на него сверху. Лейла чувствовала, как его член, огромный и горячий, находит её вход. Она начала двигаться вверх-вниз, совершая медленные, тяжелые движения наездницы. Её стыд был безграничен, но физическое удовольствие от того, как он наполняет её, было сильнее.
В этот момент Мехмед подошел сзади. Он не стал медлить. Он приставил свой член к её входу, который уже был максимально растянут Джемалем.
— Сейчас, мама, — прошептал он.
Мехмед начал пробовать войти. Сначала он лишь слегка надавливал, его головка скользила по её входу, пытаясь найти путь. Лейла почувствовала, как её ткани, уже наполненные Джемалем, натянулись до предела.
— Слишком туго... он не может... — простонала она, чувствуя невероятное давление.
Но Мехмед был настойчив. Он начал надавливать сильнее, его член, смазанный её соками и маслами, начал медленно, мучительно медленно проскальзывать внутрь. Лейла ахнула, её глаза закатились. Она чувствовала, как внутри неё, в одном и том же пространстве, сосуществуют два огромных, твердых предмета. Это было невыносимое ощущение распирания, словно её тело сейчас разорвется пополам.
— Видите? — прошептала жена Великого Визиря Джамиля, приближаясь к ней. — Он входит. Она принимает их обоих.
Лейла замерла на мгновение, привыкая к этой нечеловеческой наполненности. Она чувствовала, как Джемаль внутри неё и Мехмед сзади стали единым целым, создавая внутри её вагины невероятное, пульсирующее давление.
— Она принимает их вдвоем как перчатку! — восхищенно сказала одна из жен визирей, не отрывая взгляда от её раздвинутых половых губ. — Посмотрите, как её плоть охватывает их обоих!
Мехмед начал двигаться. Сначала медленно, осторожно, чтобы не причинить ей боль, но по мере того, как Лейла начала привыкать к этому невероятному растяжению, он стал ускоряться. Его толчки были мощными, и каждый раз, когда он входил в неё, Лейла чувствовала, как он встречается
Забавы в домашнем кругу