где-то на деревьях или где-то поблизости. Впереди лес заканчивался, и за ним снова открывалась поляна. Даже отсюда я разглядела скопления людей. Я замерла и несколько раз глубоко вздохнула. Надо — это ради мамы и семьи. Закрыв глаза и ещё раз сглотнув, я двинулась дальше, и уже через минуту вышла на открытое пространство.
Мне удалось пройти пару метров до того, как меня заметили, — но тут сбоку раздался крик.
— Эге-гей! — выкрикнул мужской голос. — Гляньте-ка, тут кое-кто с природой сливается.
Я не стала смотреть, кто кричал, — просто шла дальше. Если не останавливаться — рано или поздно придёшь к концу.
— Господи, девочка, у тебя гордости совсем нет? — заорала какая-то женщина. — Что с вами, студентками, и вашей жаждой внимания?
— Шикарный загар — прямо из спальни, — прокричала другая. — Ты что, только с Аляски?
Снова комментарии про бледность. Хоть бы Эмили и СиДжей передумали насчёт того, чтобы я не загорала. Жаль, что я раньше не озаботилась солярием. Я не отрывала взгляда от ног — чтобы смотреть, куда ступать, и заодно не встречаться ни с кем глазами.
— Вот это приятное зрелище, — услышала я мужской голос, проходя мимо очередной компании. — Господи, как здорово, что мы здесь, а не на матче. Она куда симпатичнее игроков.
— Ой, Фил, — отозвалась какая-то женщина.
Я глянула вперёд — сколько ещё осталось. Впереди был ещё один лесной участок, и только за ним — парковка. Мои задания никогда не заканчивались так быстро, как мне хотелось бы. Просто иди. Вдруг я почувствовала, как соски начали твердеть. Чёрт, только не опять. С каждым шагом они твердели всё сильнее. Потом подул ветерок, и они затвердели так, что, казалось, вот-вот лопнут. Не обращай внимания, просто иди — так же, как вчера через холл: я шла, и всё. Ещё порыв ветра — и низ живота отозвался покалыванием. Люди подумают, что я шлюха и что мне это нравится. Надо выбираться из этого парка.
— Аманда, — раздался знакомый голос. Я глянула вправо — и с ужасом увидела миссис Дэвис, мою учительницу физкультуры.
— Так и есть, Аманда, это ты, — потрясённо произнесла она, направляясь ко мне.
Слово «неловко» даже близко не описывало того, что я чувствовала в этот момент. Что моя учительница физкультуры здесь делает? Из всех мест и из всех времён. Я сделала слабую попытку притвориться, что не заметила её, и продолжить идти — но она быстро нагнала меня и заставила остановиться. Она оглядела меня с ног до головы, и на её лице было удивление — но не возмущение. Где-то внутри меня снова вопил голос: «Беги отсюда!» — но я будто вмёрзла в землю и не могла пошевелиться. Оставалось только стоять и ждать, что она скажет.
— Это просто невероятно, — произнесла она тоном, в котором слышалось недоверие. — Но я вижу это собственными глазами.
Пока она говорила, я невольно поглядывала по сторонам. Весь парк на нас смотрел. Одна компания, кажется, откровенно веселилась — на лицах у всех расплылись широкие улыбки. О боже, я голая стою посреди открытого парка на глазах у своей учительницы физкультуры, и я не могу ни уйти, ни прикрыться. Покалывание внизу усиливалось, сердце колотилось всё громче — и из-за этого стука в голове я едва расслышала её следующие слова.
— Думаю, нам надо поговорить, Аманда, — мягко сказала она.
Миссис Дэвис было чуть за пятьдесят, в её чёрных волосах пробивалась изрядная седина. Ростом она была под метр восемьдесят и в прекрасной физической форме. Даже сейчас на ней
Элеанор Ригби