Сане оставалось лишь ждать, когда загнанный в угол Димон сам выйдет на свет. И Саня будет готов к этому.
***
— Виктор Юрьевич, — сказал водитель, когда серая машина скрылась за поворотом. Он всё ещё держался за грудь, где под рубашкой наливался огромный синяк. — Я запомнил его рожу. Звоню в полицию?
Он уже доставал телефон, готовый набрать номер.
— Ты что, идиот? — застонал Лопин, с таким животным ужасом, что водитель так и застыл на месте, с телефоном в руке. — Это же полные отморозки. Никакой полиции, я ещё жить хочу.
Лопин, конечно, был ублюдком. Но он был трусливым ублюдком, и ни с кем воевать не собирался.
— Возвращаемся, — сказал он, пытаясь подняться. — И вызови врача. Не скорую, а моего личного. Он мне, кажется, колено разбил. А ещё возьми телефон и посмотри, цела ли симка. Если нет, сразу съезди в салон и восстанови.
Каждое слово давалось ему с невероятным трудом. Боль, которая пульсировала в ноге, затуманивала сознание. Водитель поднял разбитый телефон с земли и помог своему шефу подняться. Лопин опёрся на его плечо и застонал, когда нога коснулась земли. Водитель подхватил его и потащил к искореженному Мерсу.
— Прямо как в девяностые, — хохотнул водитель, пытаясь разрядить обстановку. Он улыбнулся, но встретившись взглядом с Лопиным, замолчал. Сразу понял, что ляпнул лишнее. — Извините, Виктор Юрьевич, — сказал он, закидывая Лопина на заднее сиденье.
Они медленно тронулись обратно. Водитель с трудом различал дорогу из-за разбитого лобового стекла. Трещины искажали свет, превращая дорогу в расплывчатое пятно.
Обратная дорога не заняла много времени, но всё это время Лопин чувствовал, как беспомощная ярость поднимается из глубин его жалкой душонки. В его голове крутилась лишь одна мысль.
Глупая, уличная шелупонь. Димон. Мусор, который он подобрал для грязной работы. Которого он пригрел, дал возможность зарабатывать и почувствовать себя значимым. Только через Димона на него могли выйти какие-то отморозки.
Истинной причины нападения Лопин так и не понял. Может, это была чья-то месть. Может, предупреждение. Может, начало чего-то большего. Но это было уже не важно. Важно было другое. Его нашли и вычислили.
Чувство собственного превосходства над другими людьми, та броня, что годами защищала его, дала трещину. Он думал, что он самый умный и всех обманул. Что его двойная жизнь и тайные удовольствия никогда не выйдут за круг посвящённых. Просто потому что он платит. Но что-то пошло не так.
В полицию он не собирался обращаться. Его пугала огласка. Что о его двойной жизни узнает жена-иностранка. Если правда выйдет наружу, он лишится той роскошной жизни, которую построил. И терять всё, из-за какого-то Димона, он не желал.
«Давно я думал, что надо нанять профессиональную охрану, а не полагаться на клерков и водителя», — пронеслось в его голове, и на этот раз это было чёткое, неотложное решение. «Похоже, время действительно пришло».
Он почувствовал лишь острое желание запереться в кабинете, проверить все свои аккаунты и проанализировать каждый контакт.
Разорвать все нити, которые связывали его с этим чатом. И главное, больше никогда, ни при каких обстоятельствах, не пересекаться с этим говном по имени Димон.
***
Их поцелуй был битвой двух утопающих, цепляющихся друг за друга в последней попытке выжить. Но для Лики это было спасением. В этом прикосновении губ она с жадностью ловила призрак нормальности и любви, которую получаешь просто за то, что ты есть.
Её руки сжались на его плечах, пальцы впились в ткань футболки и нащупали твёрдые мышцы. Лика вдруг поняла, что не хочет, чтобы это заканчивалось. Пусть
Эх, Ленка!! Севастополь. Часть 3