— Боже! — простонал он, и мгновение спустя мама уже держала его член, направляя каждую новую струю липкой белой спермы на жаждущее лицо Пенни.
— Еще, папочка, — стонала она, проглотив его первую порцию, — покрой меня. Обрызгай свою малышку.
Он задыхался, а мама гладила его член, выдавливая из него все до последней капли.
— Вот и все, малышка, — сказала мама.
Пенни открыла единственный глаз, который не был заклеен, и улыбнулась. Она откинула голову назад.
— Мамочка. Прости, что я была такой непослушной. Прости меня. Я знаю, что он твой.
Мама облизнула ее лицо, долгим медленным движением, а затем засунула язык в рот Пенни. Вытащив его, она сказала:
— Я всегда тебя прощу. Ты моя сладкая малышка.
Я застонала, а мама хихикнула.
— Скоро нам придется позаботиться о нашем мальчике.
Пенни кивнула.
— Вот почему я должна учиться. Чтобы я могла заботиться о нем так же хорошо, как мама.
Мама лизала ее некоторое время, выводя меня из себя.
— Гарольд так быстро кончил со своей маленькой девочкой. Должно быть, он действительно любит тебя.
— Он действительно любит меня? Как ты Джереми? — спросила она. — Я его принцесса? Его особенная девочка?
Мама держала мою девочку, обнимая Пенни за плечи, лаская рукой ее грудь. Она склонилась над ней, выполняя свое обещание, вылавливая все до последней капли и скармливая своей малышке.
Мама была такой дикой.
— В следующий раз ты сможешь проглотить больше, мамочка хочет, чтобы немного было на сиськах ее маленькой девочки, а это все моё.
Я не выдержал.
— Отпусти ее, мама. Сейчас же.
Мама посмотрела на меня, поглаживая мой член, и опустила Пенни на землю. Я встал рядом с мамой:
— Соси.
Мама широко открыла рот, вытянула язык, и я просунул свой ноющий член между этих прекрасных губ. Она сосала меня всего несколько секунд, прежде чем я не смог больше терпеть. Я отстранился и вставил свой член в рот Пенни.
— Глотай, — сказал я.
Я сильно кончил, несколько раз в ее рот, потом приподнялся и обрызгал ее грудь, шею и лицо, застонав. Пенни зажала руки между ног и хныкала.
Я стоял на шатких ногах и гладил мягкие мамины волосы.
— Почисти своих малышей, мамочка.
Она взяла мой член в рот, медленно посасывая меня, ее язык был нежным и дразнящим. Она оставила меня в напряжении, а потом перешла к Пенни.
Я рухнул обратно на диван, потянулся за пивом и допил его. Я посмотрел на отца, который поглаживал себя, наблюдая за нашими девушками.
— Думаю, ты должен мне Grolsch, папа.
Он кивнул.
— На дне, за газированной водой. Принеси два.
— Ни за что. Только когда мама закончит. Я это не пропущу.
Пенни извивалась, потираясь между ног, пока мама сосала ее сиськи. Похоже, им обеим это очень нравилось.
— Ты так и не ответил на ее вопрос, папа.
— Что?
— Любишь ли ты свою малышку? Любишь ли ты мою горячую маленькую подружку? Скажи ей.
— Джереми…
— Скажи ей, дорогой, — сказала мама, оглядываясь на нас. — Я не возражаю. Разве ты не любишь нашу малышку? Я люблю.
— Господи, — простонал он. — Я люблю ее. Я люблю нашу шалунью. Мне нравится, что она всегда называла меня папой. Как она была хороша и мила. Как она сняла для нас тот фильм, так хорошо отсосав нашему мальчику. Я люблю то, что она была в первый раз с нашим сыном, такая смелая. Я люблю ее сладкий ротик и ее грязные дразнящие словечки. Я до смерти люблю нашу сладкую малышку.
Пенни задыхалась, и не успел он закончить, как она уже навалилась на него.
Как муж сделал меня шлюхой