а не портить всё из-за того, что мама сейчас в стране Ля-Ля. — Я притянул её к себе, обнял, оставляя маленькие поцелуи по всему лицу.
Я прильнул губами к её губам, целуя её мягко, нежно.
— Мне так повезло, что я здесь, с тобой, — прошептал я.
Она усмехнулась.
— То же самое.
Ещё один сердечный поцелуй, и мне пришла в голову мысль.
— Хочешь услышать о моём первом разе с Пенни?
Её глаза распахнулись.
— Ты занимался этим со своей девушкой?
— О да. По-настоящему. Даже снял фильм. Если нам удастся уговорить маму и Пенни его посмотреть, я с удовольствием покажу его тебе.
Мы натянули одеяла, обнялись в кромешной темноте, и я сказал ей.
— Кое-что из этого очень личное, ты поймёшь, но я всегда мог рассказать тебе всё, так ведь?
— Конечно! Я никогда не раскрывала ни одного из твоих секретов.
— Они не обязательно мои. Ты обещаешь?
— Как всегда. — Она улыбнулась и поцеловала меня в губы, а потом надулась. — Я уже начала думать, что ты больше не хочешь со мной ничем делиться. В твоей жизни столько всего происходит, а я чувствую себя обделённой.
— Это была суматошная неделя. Но ты всегда будешь моей лучшей подругой, и я никогда не оставлю тебя без внимания. Ты знаешь, как я к тебе отношусь.
Я заслужил очередное надувание.
— Я так и думала, но мне кажется, что твоя мама заняла моё место, а твоя девушка — это твоя новая большая любовь, — сказала она.
— Мама — это мама. Я люблю её до смерти. Но мы никогда не делились своими личными мыслями и прочим до последней недели или около того. Не то что с тобой. Так что это ново, круто и по-другому, но ты всегда была для меня подругой номер один. И это никогда не изменится. Что касается Пенни, это замечательно, это так. Вместе узнавать о любви и сексе. Мы становимся ближе. Но ты же знаешь, как это бывает. Юная любовь. Кто знает, где мы будем через год? А ты и я? Мы — навсегда, ты же знаешь.
Её глаза затуманились, и она обняла меня.
— Ты ведь это серьёзно, да?
— Всегда и навсегда. Ни у кого никогда не будет той части меня, которая есть у тебя. Я легко могу представить, как мы с тобой будем лежать вот так вместе через 30 лет, обниматься, целоваться и рассказывать друг другу обо всём.
Она положила голову мне на плечо и вздохнула.
— Я бы хотела этого. Я тоже это вижу. — Она хихикнула. — Теперь об этой Пенни...
***
Полчаса спустя я всё ещё отвечал на её вопросы, а она держала свою руку на моём вставшем члене, лениво поглаживая его, просто играя с ним.
К нам вошла мама.
— Похоже, вы двое снова ладите, готовитесь к новому раунду? — спросила она, но я мог сказать, что, как бы она ни старалась вести себя спокойно, это её немного беспокоило. Когда она ворвалась ко мне в дверь таким образом, я не сомневался, что она хочет сделать нам сюрприз.
Тётя Мари лежала с противоположной стороны от двери, и маме было хорошо видно, как её рука двигается вверх и вниз по моему стволу.
— Ещё одному? У меня весь день ушёл на то, чтобы добиться вот этого, — надулась тётя Мари.
От мысли, что мама помогает тёте Мари ухаживать за мной, кровь прилила к нужной части тела. Через несколько секунд хер был уже твёрд как камень. Что, возможно, было не самым лучшим решением. Тётя Мари отпустила мой член.
Как я впервие отсосала.