Тётя Мари вздохнула, и её рука под одеялом схватила меня за бедро. Я даже не заметил, что продолжал двигаться в ней. Её движение заставило меня остановиться. Она прижалась ко мне и похлопала по кровати рядом.
— Заходи, малыш. Я... думаю, это для тебя неожиданность.
Он медленно вошёл, сел, опустив голову.
— Хорошо провёл время с Келли вчера? — спросила она.
Я не удержался и слегка толкнулся в неё. Она была слишком чертовски хороша, чтобы совсем остановиться.
— Да, я зашёл и посмотрел фильм с её семьёй. Было весело. Ели попкорн и пили газировку.
— Это замечательно, дорогой, — мягко сказала она, положив голову мне на руку.
— Мам, что происходит? — заныл он.
— Просто обнимаюсь с твоим кузеном, — сказала она. Я вёл себя плохо, сжимая её грудь и двигаясь в ней чуть активнее.
— Поэтому ты хочешь, чтобы мы здесь жили? — спросил он.
Она вздохнула, чуть повернувшись ко мне, лицом к сыну. Она подтянула простыню почти до наших шей.
— Отчасти. Я... наверное, буду спать здесь с твоим дядей и Джереми. — Она снова схватила меня за бедро, чтобы замедлить, похоже, я немного увлёкся. — Я устала быть одна, Колин. Я люблю этих мужчин. Ты можешь это понять?
— Но, мам! Джереми моего возраста. Он мой кузен.
— Это сложно. Мы должны держать это в секрете. Только для этого дома, понимаешь. Джереми — мой парень.
— Но у него есть Пенни!
Тётя Мари хмыкнула.
— Да. Это делает всё идеальным. У него есть девушка для публики, а я — здесь, дома. — Она вздохнула. — Он скоро уедет в колледж, но когда будет возвращаться, это будет наша комната. Его и моя.
Колин смотрел на меня в замешательстве.
— Ты сказала... и с дядей Гарольдом... тоже?
Тётя Мари кивнула.
— Когда тётя Элис позволит. Это будет не так часто, она его жена.
— Я... я не понимаю, — заныл он.
— Малыш, это просто. Я принадлежу им. Гарольду и Джереми. Это то, чего я хочу. Это ничего не меняет у меня с тобой. И между тобой и мной, или тобой и твоим кузеном. Ничего не должно меняться между нами. Мы все всё ещё любим друг друга, как всегда.
Я не мог больше оставаться неподвижным, держал её за бедро, глубоко вошёл и медленно начал снова двигаться. Я знаю, это было невероятно дерзко, но я не мог себя остановить.
Колин впервые посмотрел на меня.
— Джереми?
— Твоя мама — страстная, сексуальная женщина, ты должен это знать, Колин, — сказал я.
— Знаю, но...
— Она никогда не должна спать одна. Никогда. Это преступление. Пока я рядом, она не будет. Я её люблю. Она всегда была моим самым любимым человеком в мире.
— Это так странно, — пробормотал он.
Мари потянулась и схватила его за руку.
— Всё в порядке, Колин. Мы поговорим об этом позже. Почему бы тебе не пойти умыться и одеться. Мы с Элис спустимся через некоторое время готовить завтрак. Не могу поверить, что она ещё не встала, я думала, Гарольд сегодня идёт на работу.
— После полудня, — напомнил я, целуя её в шею.
— О, точно. Ну, мы скоро спустимся, хорошо?
Колин кивнул и встал, закрыв за собой дверь.
Я вышел членом из тёти Мари, перевернул её на спину и забрался между её ног. Я уже вовсю двигался в ней, прежде чем эхо шагов Колина в коридоре затихло.
Тётя Мари вздохнула.
— Не так я ожидала, как этот разговор произойдёт. — Она шлёпнула меня по руке. — Очень нехорошо с твоей стороны, Джереми. Засовывать свою большую штуку в меня, пока я разговаривала
Счастливое заточение