Он кончил. Она почувствовала, как его член пульсирует внутри неё — даже через презерватив она ощущала эти толчки. И тут её накрыло. Оргазм — сильный, как удар молнии. Она закричала — громко, не сдерживаясь. Её тело затряслось в судорогах. Влагалище сжималось вокруг члена Сергея, выжимая последние капли. Спина выгнулась дугой. Ноги задрожали. Голова запрокинулась. Она кончала и кончала, и не могла остановиться.
— Блядь, — выдохнул Петрович, глядя на неё. — Она кончает. Какая же ты... Я тоже сейчас.
Он кончил ей в рот. Горячая сперма ударила в горло — много, очень много. Она глотнула — раз, другой, третий. Не пролила ни капли. Даже в оргазме она помнила: нужно глотать. Это её работа. Это её долг.
Когда всё закончилось, она рухнула на грудь Сергея. Тяжело дышала. По лицу текли слёзы, слюна и сперма. Тело дрожало в послеоргазменных спазмах. Она не могла пошевелиться. Не хотела.
Сергей гладил её по спине. Петрович присел рядом и погладил по голове.
— Ты молодец, Яна, — сказал он. — Лучшая.
— Спасибо, мальчики, — прошептала она. — Вы лучшие.
Они оделись и ушли. Яна осталась лежать на койке. Голая. В сперме. Счастливая.
Через три дня капитан сказал: «Пора попробовать троих».
В тот вечер в её каюте собрались трое: Сергей, Петрович и Коля. Они сели на койку втроём — Сергей и Петрович по бокам, Коля между ними. Коля дрожал. Его голубые глаза были широко раскрыты от страха. Его член — тонкий, с розовой головкой — уже стоял, но дрожал так же, как и он сам.
Яна опустилась перед ними на колени. Посмотрела на них — на три члена, три пары яиц, три лица, полные ожидания.
— Не бойся, Коленька, — сказала она. — Я тебя научу.
Она взяла член Сергея в левую руку, Петровича — в правую, а Коле просто улыбнулась и взяла его в рот. Сосала нежно, успокаивающе. Он застонал, и его пальцы вцепились в край койки. Через минуту он кончил — быстро, нервно. Яна глотнула и погладила его по бедру.
— Вот видишь? Ничего страшного. Теперь расслабься и смотри, как работают старшие.
Она переключилась на Сергея и Петровича. Довела их до края — теперь она знала их дыхание, знала, когда они готовы. А потом забралась на койку.
— Сергей — снизу, в кисску. Петрович — в попу. Коля — в рот.
Они заняли позиции. Яна опустилась на Сергея — сначала медленно, привыкая. Потом Петрович вошёл в попу. Потом Коля робко пристроился к её лицу, и она взяла его в рот.
Три дырки. Три члена. Трое мужиков.
Она была центром. Её тело раскачивалось. Грудь прыгала. Попа тряслась. Слюна текла. Она стонала, мычала, кричала. Она кончила первой — громко, содрогаясь всем телом. Они кончили следом. Сергей в киску. Петрович в попу. Коля в рот. Она глотала, захлёбывалась.
Когда они ушли, она лежала на койке, голая, залитая спермой. Из трёх дырок вытекало чужое семя. Глаза горели. Она была шлюхой. Конченой шлюхой. И она была счастлива.
Через неделю она принимала уже не только троих. Капитан добавил в график «групповые сеансы» — без ограничений по количеству. В её каюте собирались по пять мужиков. Они сидели на койке, на полу, стояли в коридоре и ждали очереди. Яна работала без остановки — минет, секс, минет, секс. Она была конвейером. Она была машиной для удовольствия. Она была их шлюхой.
И она любила это. 👄💦
******
К концу второго месяца одиночные и групповые сеансы в каюте Яны перестали справляться с нагрузкой. Койка была слишком узкой — двое на ней ещё помещались, но когда
Впервые