— Берегите себя, дамы, приятного ланча. И деньги не прикарманивайте — обязательно купите что-нибудь поесть, иначе будете отвечать. Увидимся около шести.
Она вышла из машины и направилась к своему внедорожнику.
*****
Мама снова завела машину, подъехала к окошку навынос и тут вспомнила, что я голая.
— О чёрт, тебе придётся спрятаться на заднем сиденье, Аманда, — сказала она. — Тебя увидят.
— Не думаю, что это разрешено, мам, — напомнила я. — Как бы мне ни хотелось, у меня, наверное, будут неприятности — они, кажется, знают о каждом моём шаге. К тому же, я уже не первый раз проезжаю через окошко навынос голой, хоть и не могу сказать, что мне это нравится.
— О Боже, не могу поверить, что кто-то заставляет тебя делать такое, — удручённо сказала мама. — Куда катится мир?
— У сумасшедших, по-моему, всё и не обязано быть логичным, мам, — сказала я. — Эти двое точно поехавшие.
— Согласна, дорогая. А теперь, боюсь, придётся спросить: что ты хочешь поесть?
— Мне комплексный обед с гриль-сэндвичем с курицей, спрайтом и бекон-ранч-салатом, — сказала я, внезапно осознав, как голодна. — И ещё пару яблочных пирожков.
— Господи, Аманда, — мама удивилась тому, сколько я заказываю. — С каких пор у тебя такой аппетит?
— Просто голодная, мам, — сказала я, чтобы не объяснять про витамины, которые вынуждена принимать, и про всё остальное дерьмо, которое во мне изменилось.
— О Боже мой! — громко сказала женщина в первом окошке навынос, когда мы подъехали. — Ты голая! Ты что, так и катаешься?
Мама, кажется, не знала, как отреагировать на эту женщину. Она выглядела очень смущённой и растерянной. Я лишь коротко кивнула ей — мол, да, катаюсь вот так, как будто это не очевидно.
— Ну, ладно, — сказала она, кажется, приняв это. — С вас 15 долларов 78 центов, пожалуйста. — Она пристальнее вгляделась в меня — и узнала. — Постойте-ка, вы же та голая девушка, которая была в моём институте на днях? Та, что позировала для класса рисунка? Аманда, да?
О Боже, меня снова узнали. Кажется, мне больше нравилось, когда люди ничего обо мне не знали и просто думали, что я чокнутая. Я снова кивнула, подтверждая, что я та, кем она меня считает.
— О Боже мой, это так круто, — высказалась женщина. — Ты тогда настоящий переполох в кампусе устроила. Кто-то тебя сфоткал, потом они собирались в группы и сравнивали снимки — ну прямо как в детстве наклейками менялись. Потом кто-то нашёл твой сайт, и должна сказать, для нудистского сайта он очень хорош. Ты правда так ходишь, потому что считаешь, что Бог хочет этого?
В третий раз я кивнула утвердительно, хотя на этот раз это была ложь. Мама по-прежнему молчала, но попыталась протянуть женщине двадцатку за заказ.
— Ого, с ума сойти, — сказала она, не замечая, что мама протягивает деньги. — Хотя я вижу, что на тебе крестик, так что, может, ты в это веришь. Надеюсь, Бог никогда не попросит меня о таком. Не представляю — чувствовать стыд постоянно и на самом деле хотеть этого. Это, наверное, выматывает временами.
— Бывает, — ответила я. Если бы она только знала правду.
— Представляю, — продолжала она. — Должна сказать, это и правда круто, что ты все заработанные деньги отдаёшь на благотворительность. Ты, наверное, жертвуешь целое состояние. Один парень из баскетбольной команды, которого я знаю, уже заказал все DVD, которые вы будете продавать на сайте, а это, знаешь ли, недёшево. Но он не против — говорит, это на благое
Мария