— проходить через всё это: стыдиться постоянно, не всегда понимать, что происходит. Наверное, ужасно. Не хочется тебе это говорить, но тебе, наверное, стоит заглянуть в веб-камеры до того, как выйдешь. Тебе не понравится, но ты хотя бы узнаешь, насколько пристально за тобой наблюдают. Мне пора, но я ещё свяжусь с тобой. Береги себя, Аманда, и да пребудет с тобой Бог.
Его окно чата внезапно закрылось, прежде чем я успела ответить, и я снова почувствовала себя одинокой. По крайней мере, теперь я знала более точное время, когда это всё может закончиться: в субботу, на вечеринке. Понятия не имею, что произойдёт, но, что касается меня, это не может произойти достаточно быстро. Как мне ни не хотелось, я последовала его совету и кликнула по ссылке «Веб-камеры». Загружалось несколько секунд — к такому подключению DSL я бы могла привыкнуть, раньше это заняло бы несколько минут, — и вдруг на экране появилось чёткое изображение меня, сидящей перед компьютером. Камера показывала меня сбоку, со стороны кровати, и я не могла поверить, насколько чёткой была картинка, — легко читался шок на моём лице, и большая часть тела тоже была видна. Я посмотрела туда, где, по моим предположениям, была камера, но ничего очевидного не увидела. Иисусе, она точно где-то там. Когда я снова посмотрела на экран, то заметила значки ещё двух ракурсов — значит, меня снимает больше одной камеры. Отлично, снимают со всех сторон. Я кликнула на второй ракурс — изображение с другой стороны, но здесь больше передней части и, похоже, камера установлена где-то за компьютером. Лицо и грудь были прекрасно видны, но всё, что ниже стола, не попадало в кадр. А когда я кликнула на третий ракурс, я отпрянула.
— А-а-а! — закричала я, увидев изображение своего влагалища в режиме ночного видения из-под стола. — Чёрт, там всё это время камера? Чёрт, всё это время, пока я здесь сидела, люди смотрели на меня... там?
Даже в ночном режиме каждая деталь моей киски была видна отчётливо. Я быстро сжала ноги как можно плотнее, пытаясь не думать о том, насколько они могли быть раскрыты, пока я тут сидела. Меня замутило при мысли, что моё самое интимное место так обнажено, и я решила — с меня хватит. Я вышла с сайта, выключила компьютер, встала и побежала в ванную, едва успев к раковине, — меня стошнило.
— Аманда! — крикнула мама снизу. — Ты в порядке?
— Да! — крикнула я в ответ, вытирая лицо полотенцем и пытаясь взять себя в руки. — Я в порядке, мам, спасибо. Просто слегка нервы сдали.
Господи, как всё это ужасно. Надеюсь, сейчас на меня не направлена камера, — хотя кому охота смотреть, как меня тошнит. Я так хочу убить этих двоих. Господи, пожалуйста, помоги мне.
— Мам, а можно ты прибавишь отопление? Мне холодно.
— Там на диване плед, Аманда, — ответила мама.
— Я бы с радостью, мам, но нельзя, — отозвалась я, прекрасно зная, что влипну, если завернусь во что-нибудь.
Я сидела в отцовском кресле-реклайнере в гостиной и смотрела телевизор, пока мама начинала готовить ужин. Было без четверти шесть, и я знала, что Богини скоро будут здесь. Я не могла перестать думать про тот сайт и про то, что прямо сейчас, пока я тут сижу, меня, возможно, транслируют в прямом эфире и люди смотрят на меня в реальном времени. Я поджала колени к подбородку как можно плотнее, чтобы чувствовать хоть какое-то подобие прикрытости, но через какое-то время пришлось встать и потянуться —
Расплата за измену.