— То, что предназначалось тебе, — ответила Эмили. — По сути — купальник с вырезанными фрагментами и нашитыми шёлковыми крестами. Мило, правда?
— Кажется, у неё грудь сейчас вывалится, — в ужасе сказала я. — Что вы собираетесь её заставить делать?
— Увидишь позднее, — отозвалась она и повернулась. — Пока там тоска смертная — пусть идёт своим ходом. А это — твой час, Аманда. Ты его честно заслужила, продержавшись шесть дней.
А ощущается — как шесть месяцев.
— Итак, Эми, — начала Си-Джей с добрым выражением лица, — с чего хочешь начать?
Я не стала тратить ни секунды:
— Кто вы?
— Забавно, что ты спрашиваешь именно это, — улыбнулась Эмили. — Когда мы впервые встретились в четверг утром за торговым центром, ты сказала: «Кто ты?». Похоже, наконец-то получишь ответ. Си-Джей, ты первая или я?
— Валяй, Эм, — уступила Си-Джей. — Интересно, как ты ей объяснишь, кто ты. Давай, Огги-Догги.
— Оки-Доки, Догги-Папочка, — пропела Эмили, пододвигая кресло прямо напротив меня. — Си-Джей, дверь на замок.
Си-Джей щёлкнула замком и села у меня за спиной.
— Итак, кто я? — начала Эмили, глядя мне в глаза и широко улыбаясь. — Я — Эмили Мэри Мёрдок, но родилась Эмили Мэри Кэмпбелл. Моя мама работала ассистенткой Фила Найта, когда забеременела мной. Ты знаешь, кто такой Фил Найт, Аманда?
— Имя знакомое, — ответила я, роясь в памяти.
— Глава Nike, — пояснила она. — Его компания. По-моему, богатейший человек в Орегоне, и до шестнадцати лет я считала его своим отцом. У мамы был с ним роман, и ей ничего не стоило внушить ему ту же мысль. Замуж она за него не стремилась, но проследила, чтобы мы получали солидные алименты, — в обмен на молчание о моём существовании. Сами понимаете — восьмидесятые, внебрачный ребёнок, да ещё у публичной фигуры...
— Но он тебе не отец? — спросила я, заинтригованная.
— Дойду, — осадила она. — Итак, Nike всегда была прибыльной, но когда он подписал контракт с Майклом Джорданом в его первый сезон в НБА, — бах! — и всё взлетело до небес. Так что мы с мамой жили припеваючи. Фил — хороший отец: проводил со мной время, следил, чтобы я ни в чём не нуждалась. У меня куча фотографий со знаменитостями — Тайгер Вудс, Бо Джексон... Фил многому меня научил в бизнесе: добивайся того, чего хочешь, а когда получишь — пусть оно работает. В шестнадцать я захотела его фамилию. Не объявлять миру — просто носить. Он уже настолько меня полюбил, что согласился, и мы начали оформление, — пока мать однажды ночью не решила сделать признание.
— О, что за ночка была, — вставила Си-Джей. — Я сидела внизу на кухне, ждала Эм; тут сверху — дикие крики. Сцена из «Дорогой мамочки».
— Что она тебе сказала? — не терпелось мне.
— Я говорила с ней насчёт фамилии, а она пыталась отговорить, — продолжила Эмили. — Я потребовала объяснений. И тут она рассказала, как они с Филом были в командировке в Австралии и там она встретила богатого бизнесмена — австралийца, но работавшего в телевещании. Он её очаровал — ну, и случился короткий роман, хотя она всё ещё была с Филом. И всё это — аккурат в период возможного зачатия. Так что, призналась мать, Фил Найт, возможно, мне не отец. Можешь представить: думаешь, что твой папа — миллиардер, а тут выясняется,
Чудесное превращение