либо стоять рядом со мной будоражит тебя сильнее, чем ты показываешь.
Она легонько сжала сосок между указательным и безымянным — и больно, и приятно одновременно. Двери открылись — и в тот же миг я сбросила её руку.
— Ну наконец-то, — встретила нас Эмили в конце коридора. — Я уж подумала, вы по лестнице пошли.
Мы вышли; Эмили шагнула ко мне и обняла.
— Я так рада, что ты здесь, милая, — прошептала она. — Прости, что тебе пришлось смотреть, как Си-Джей уделала ту бабищу, — знаю, ты к такому чувствительна. Но я же говорила — она крутая? Ну пойдём, я кое-что покажу и расскажу.
— Что это за помещение? — спросила я, когда Эмили ввела меня в просторную комнату с огромными мониторами на стене и мощным компьютером перед ними. У другой стены стоял большой диван, по комнате были расставлены кресла, а в центре — небольшой стол. В одном из кресел сидела привлекательная женщина лет тридцати с небольшим в светло-голубом деловом костюме с очень короткой юбкой и без колготок. Волосы — земляничный блонд, кожа — белая, как у меня, но по-настоящему притягивали её пронзительные зелёные глаза.
— Здесь я пару месяцев назад устроила что-то вроде штаба, — начала объяснять Эмили. — Никаких камер, микрофоны отключены, включая тот, что у тебя в ошейнике. Мы боимся, что кто-то может перехватить нашу частоту, а подслушивать нам совершенно ни к чему.
Вот чёрт! Значит, Скотт не услышит. Надеюсь, у него есть запасной план.
— Аманда, — Эмили указала на женщину в кресле. — Это Моник, наш адвокат. И твой теперь тоже. Она будет вести все юридические дела — и твои, и твоей семьи.
— Здравствуй, Аманда, — приветливо сказала Моник, поднимаясь и протягивая руку, которую я вяло пожала. Ничего себе юбка — короче некуда. — Очень рада познакомиться. Должна сказать: я поражена, как ты справляешься со своими испытаниями. У тебя сильный дух — несмотря на очевидную ранимость.
— Мы ею очень гордимся, — вставила Эмили, сжав мою руку. — И, по-моему, она уже готова узнать о нас побольше. Но сперва — зачем Моник пришла.
— Да, верно, — адвокат подхватила портфель и открыла. — Сначала отчитаюсь: встреча с Бетси и Таем прошла гладко, сайт уже работает, можно продавать фото-диски. Мы попросили их заменить заголовок «Девушка-призрак» на твоё настоящее имя — чтобы люди знали, что это ты, а не кто-то другой.
— Нам не нужно, чтобы зрители думали, будто ты и «Девушка-призрак» — два разных человека, — добавила Эмили, пока Моник доставала папку.
— Тебе нужно подписать это, Аманда, — Моник открыла папку и пододвинула ко мне пухлый документ.
— Что это? — я взяла и пролистала. Напоминало те две бумаги, которые они заставили меня подписать в моей комнате в прошлый четверг.
— Контракт, — ответила Моник. — Я бы дала прочитать целиком, но времени нет. Вкратце: ты работаешь на Эмили и Си-Джей и их компанию «Coolgirls». Тебе открывают накопительный счёт и инвестиционный портфель, обеспечивают медстраховку, стоматологию, автострахование, жильё и прочее. Там же — положения о твоей семье и фонд на университет для племянника, когда тот окончит институт через много лет.
— А взамен? — спросила я, чуя подвох.
— В общих чертах — ты связана с ними, — продолжала Моник. — Это защищает и их, и тебя.
— Я не хочу это подписывать, — заявила я, отступая. — Это как сделка с дьяволом.
Эмили и Си-Джей расхохотались, но внутри у меня всё похолодело. В этом контракте — миллион оговорок, которые когда-нибудь аукнутся.
Экспериментальное совокупление