за твоё терпение и труды наградим — покажем то, что ты так хотела увидеть всю прошлую неделю. Поэтому и решили отменить библейский кружок. Мы отвезём тебя в одно место, где нет ни камер, ни микрофонов, и расскажем главную цель нашего плана. Так что похлопай себя по плечу — ты сегодня молодец. И будь уверена: не пойди ты нам навстречу в самом начале — сегодня всё было бы гораздо хуже. Представь свой худший кошмар и удвой его — вот где бы ты была.
— Хуже, чем быть приклеенной к стулу, — проворчала я, указывая на стул с обрезками моей одежды.
— О да, — подтвердила она, — гораздо хуже. Это был особый клей, который схватывается только с тканью. Кстати, инвестиция, на которой я надеюсь неплохо заработать. Но если тебе это показалось ужасным — представь, что ты так приклеена в движущемся автобусе или поезде. Вот где бы ты была, не подчинись ты нам. Ты наша — и точка. С нами ты или без нас — неважно.
Эти слова раздавили меня окончательно. Я не видела ни единого способа сбежать от них — да, возможно, и не было его никогда. Плечи опустились.
— Ладно, я голодна, и ты, я знаю, тоже, — сказала она, подхватив с парты мои туфли на каблуках. — Обувайся. К наряду пойдёт. И чтобы ты знала: примерно через полчаса у меня встреча с твоим ректором. Надеюсь, мне удастся его переубедить — ради его же блага.
— Что ты ему скажешь? — спросила я, натягивая туфли и хватая рюкзак, который она мне протянула.
— Не волнуйся. Постараюсь быть мягкой, но если он не поддастся — придётся применить тяжёлую артиллерию. Он у меня на пути не устоит.
По пути в столовую Си-Джей решила, что неплохо бы убрать мне волосы наверх, примерно как у неё сейчас, — но, разумеется, без такой укладки. Она затащила меня в женский туалет, поставила перед зеркалом и принялась колдовать с причёской.
— Раз ты в том же наряде, что и вчера, — надо сменить причёску. Ты вчера с хвостиками ходила?
— Какое предложение ты сделала моей группе? — спросила я, вспомнив её слова.
— Знаешь, перебивать и менять тему — ужасно невежливо, — резко сказала она и легонько шлёпнула меня по затылку. — И мне кажется, ты последнее время слишком вольготно задаёшь вопросы. Я сказала: сегодня вечером мы ответим на часть твоих вопросов — не жадничай. Не беси меня, тем более сейчас, когда я тобой так довольна. Стой спокойно.
Она туго стянула мне волосы, прижалась к затылку и застегнула заколку.
— Вот. Так лучше, — восхитилась она. — Все со мной согласятся. Ты в этих трусиках такая милая — прямо беззащитный ангелочек. — Она щёлкнула резинкой, я вздрогнула. — А теперь пошли есть. Что тут хорошего?
— Это же столовая, — тихо ответила я. — Хорошего тут только название.
— Правда? — искренне удивилась она, выводя меня обратно в коридор. — Я училась в частном заведении, там кормили отлично, — обычной институтской столовки я не знаю.
— Эй! — заверещала Стейси, вынырнув из-за угла вместе с Эшли. — Как дела? Аманда, ты переоделась. Что-то случилось?
— Какой-то придурок намазал клеем стул Гейл, и бедняжка Эми в него села, — объяснила Си-Джей. — Пришлось надеть это — та одежда была испорчена.
— Да ладно! — ахнула Стейси. — Кто бы осмелился на такое с миссис Дэвис?.. Ой, так это же та самая одежда, что я с тебя вчера снимала, — ты в ней на всех тех
Школьник