— А-а-ах! — застонала она, запрокидывая голову. — Какой ты большой... Как глубоко...
Она начала двигаться. Сначала медленно, раскачиваясь, привыкая к размеру. Потом быстрее. Её бёдра работали — вверх-вниз, вверх-вниз. Грудь прыгала в такт, соски мелькали перед моими глазами. Волосы развевались, прилипали к влажному лицу. Она скакала на мне, как наездница, и её лицо искажалось наслаждением. Она трогала себя за волосы, откидывала их назад, проводила ладонями по груди, сжимала соски, гладила живот. Она стонала — громко, не сдерживаясь, забыв о том, что на кухни спит сын.
— Да! Да! Саша! Да! — кричала она. — Как хорошо! Как глубоко!
Я держал её за бёдра, помогал ей двигаться. Её тело было горячим, влажным. Её стенки сжимались вокруг моего члена, пульсировали. Я чувствовал, как она приближается к оргазму — её дыхание стало ещё чаще, движения — хаотичнее. И вот она закричала — громко, протяжно, на одной ноте. Её тело содрогнулось в мощном оргазме, спина выгнулась дугой, голова запрокинулась так, что волосы коснулись моих коленей. Она кончала долго, сильно, сжимаясь вокруг меня с такой силой, что я едва не кончил следом.
— Позови ещё одного, — прошептала она, падая на мою грудь. — Я хочу двойное.
— Лёха! — крикнул я. —иди сюда!
Дверь открылась почти мгновенно — Лёха, видимо, ждал всё это время. Он вошёл, увидел нас — Риту, лежащую на мне, голую, с раздвинутыми ногами, — и присвистнул.
— Ну ни хрена себе, — сказал он. — Вот это картина.
— Залезай, — сказал я. — Давай ей в рот.
Лёха подошёл к кровати, скинул штаны и трусы. Его член уже стоял — длинный, тонкий, с розовой головкой. Рита повернула голову и взяла его в рот так же жадно, как до этого мой. Теперь она была занята с двух сторон. Я трахал её снизу, а она скакала на мне. Лёха трахал её в рот, держа за волосы. Она стонала, мычала. Слюна текла по её подбородку, капала на мою грудь. Её тело раскачивалось между нами.
— Да! — кричал Лёха. — Соси! Соси, шлюха! Глубже!
Рита мычала в ответ. Она старалась — сосала его так же глубоко, как у меня. Я видел, как её щёки втягиваются, как горло работает, проглатывая его член. Она была виртуозом. Она могла бы давать уроки минета.
Я ускорился — мне было уже трудно сдерживаться. Она была слишком горячей, слишком мокрой, слишком громкой. Но Рита вдруг оторвалась от Лёхи и сказала:
— Я хочу двойное проникновение. В попу. Ты, — она посмотрела на Лёху, — пристройся сзади.
— Ого, — Лёха усмехнулся. — Серьёзно? Я никогда не пробовал двойное.
— Серьёзно. Давай. Я хочу, чтобы вы трахали меня вдвоём. В две дырки.
Рита прогнула спину, подставляя попку. Её попа оказалась прямо перед ним — большая, круглая, упругая, с тёмной звёздочкой ануса между ягодиц. Лёха сглотнул. Он смазал её анус слюной, обильно, тщательно. Приставил головку. И начал входить — медленно, осторожно, сантиметр за сантиметром.
— Да-а-а... — простонала Рита. — Глубже... Не бойся...
Лёха вошёл до конца. Его длинный член полностью исчез в её попе. Рита застонала громче. Её тело дрожало. Теперь оба были внутри — я в киске, Лёха в попе. Два члена. Две дырки. Одна женщина.
Мы начали двигаться. Сначала вразнобой, потом синхронно — Лёха входил, когда я выходил, и наоборот. Рита была зажата между нами. Её тело раскачивалось. Грудь свисала вниз, соски тёрлись об мою грудь. Она кричала, стонала, извивалась. Это было самое
В.В.