Член мертвеца вошёл до самого основания, растягивая её воспалённые стенки. Он был холодным, совсем не таким, как живой. Эта ледяная твёрдость в раскалённой пизде вызвала у Дианы мощный спазм. Она начала яростно скакать, шлёпая мокрой жопой по холодным бёдрам трупа. Каждый раз, когда она садилась до конца, головка упиралась глубоко в шейку матки, вызывая острые, почти болезненные вспышки удовольствия.
— Я ебу мертвеца... Я насадилась на хуй трупа, — шептала она сквозь стоны, и эти слова только сильнее заводили.
Стыд обжигал щёки, но одновременно вызывал невероятное возбуждение. Она понимала, насколько низко пала: ещё недавно нормальная, хоть и любящая секс девушка, а теперь голая, текущая нимфоманка, которая только что вытащила кукурузу из своей пизды и сразу же села на член мертвеца. Осознание своей полной моральной деградации вызывало новые волны удовольствия. Киска сжималась всё сильнее, обильно смазывая холодный член.
Диана наклонилась вперёд, прижалась сиськами к холодной груди трупа и начала сосать его мертвые губы, засовывая язык ему в рот. От этого ощущения — холодного, безжизненного рта — по её телу пробежала дрожь отвращения и дикого возбуждения одновременно.
— Я конченая... я совсем конченая сука... Выебите меня, кто-нибудь, умоляю! — хрипела она, ускоряя движения.
Катя стояла рядом, прижав руку ко рту. В её глазах был настоящий шок. Она не могла поверить, что подруга так открыто и жадно трахает труп. Сначала её чуть не вырвало от отвращения — от вида того, как Диана целует мёртвые губы, как её киска чавкает, насаживаясь на холодный член. Но чем дольше она смотрела, тем сильнее сжимались её собственные бёдра. Отвращение странным образом переливалось в жаркое, постыдное возбуждение. Её пизда снова начала слабо пульсировать, соски затвердели.
— Диана... ты больная на голову блядь... — прошептала Катя дрожащим голосом, но не отвела взгляда. Рука сама собой спустилась к мокрой щели и начала медленно тереть клитор.
Диана тем временем уже билась в оргазме. Она закричала, сильно прижимаясь к трупу, и её киска мощно задергалась вокруг холодного члена, выдавливая обильные соки, которые стекали по яйцам мертвеца. Волны удовольствия были особенно острыми из-за осознания того, что она кончает на трупе. Стыд, возбуждение и осознание своей деградации смешались в одну взрывную смесь.
Она ещё несколько раз глубоко опустилась на хуй, продлевая оргазм, а потом повалилась на грудь своего мертвого любовника, пытаясь отдышаться. Член мертвеца оставался внутри.
Катя стояла красная, с блестящими от возбуждения глазами и пальцами, мокрыми от своей собственной смазки. Шок никуда не делся, но теперь к нему примешивалось нарастающее желание попробовать и самой. Но той решительности, что была у Дианы, ей недоставало.
В последних лучах уходящего солнца две шлюхи принялись отмывать свои грязные тела от событий дня. К их удовольствию, в саду позади дома обнаружился летний душ – простая деревянная кабинка с огромным баком воды над ней. За день вода на солнце хорошо нагрелась, поэтому купание было приятным.
Диана первой встала под струи, а Катя взяла кусок мыла и начала тщательно намыливать подругу. Она водила руками по её груди, смывая засохшую кровь и грязь. Пальцы скользили по тяжёлым, мокрым сиськам, круговыми движениями натирая соски, которые мгновенно затвердели. Диана тихо застонала и притянула Катю к себе.
Они страстно поцеловались под тёплыми струями. Языки переплелись, слюни смешались с водой. Катя прижалась своими сиськами к Дианиным, и они начали медленно тереться намыленными, скользкими грудями. Твёрдые соски скользили друг по другу, вызывая сладкие мурашки.
— Ммм... как же приятно... — прошептала Катя, спуская руку ниже.
Её пальцы добрались до Дианиной пизды. Она всё ещё
Как я стал Лидкой-2