Через час обе были сильно пьяными. Животы раздулись от обжорства, из-за чего шлюхи и в самом деле стали походить на беременных.
— Я так обожралась, — икнула Диана, лёжа на спине. — Но мне так классно.
Катя, уже совершенно пьяная, подползла к ней с бутылкой коньяка и вскрытой коробкой шоколада.
— Тогда давай продолжим...
Они начали целоваться. Очень скоро дело дошло до обмазывания друг друга икрой, мёдом и шоколадом. Коньяк наливали друг другу в пупок и пили оттуда. Пытались наливать и в пизду, но от этой идеи пришлось быстро отказаться.
Затем Диана схватила палку копченой колбасы, полила её оливковым маслом и грубо вогнала Кате в пизду.
— Оооох, бляяять! — закричала та. — Она такая толстая... и длинная...
Диана начала яростно трахать подругу колбасой, проворачивая её внутри. Насаженная на качалку Катя смогла дотянуться до вскрытой баклажки оливкового масла и, улучив момент, перешла в контратаку. Она повалила Диану и сумела засунуть горлышко бутылки ей в жопу. Диана взвизгнула, но Катя уже сжимала стенки баклажки, выдавливая масло в прямую кишку подруги. Колбаса по-прежнему торчала из Катиной пизды и доставляла ей неимоверное удовольствие, цепляясь за пол во время их возни.
Они полностью потеряли контроль. Уже скоро обе были полностью облиты маслом, отчего стали очень скользкими и блестящими. Диана насаживалась на бутылку из-под шампанского, чувствуя, как холодное стекло растягивает её беременную пизду. Катя трахала себя всё той же колбасой. Уж очень она пришлась сучке по нраву.
— Мы беременные, обожравшиеся, пьяные шлюхи, — стонала Диана пьяным голосом. — Ебёмся на складе деликатесов, и нам похуй на весь мир...
Оргазм накрыл их мощной, тяжёлой волной. Сильные, тянущие спазмы, от которых киска яростно пульсировала вокруг бутылки. Удовольствие было таким густым и долгим, что она кричала, дрожала и чуть не потеряла сознание от переизбытка ощущений.
Катя кончила следом, визжа и брызгая, сжимая бёдрами колбасу.
Они лежали среди разорванных упаковок, пьяные, грязные, перепачканные едой, маслом и соками друг друга, тяжело дыша и периодически икая.
Диана и Катя уже еле соображали. Они выпили больше трёх бутылок дорогого алкоголя на двоих, обожрались икрой, шоколадом и копчёностями. Животы у обеих шлюх сильно раздулись, став тугими и круглыми, почти как у беременных. Впрочем они и так были беременны.
Диана выдала громкую и длинную отрыжку, выпустив в лицо Кате тяжёлый запах коньяка, икры и хамона.
— Ох, бляяять... Как же я обожралась... И нажралась.
Катя захихикала, но тут же её тоже скрутило. Она громко и мокро отрыгнула.
— Мне... пиздец... плохо... — простонала она, но вместо того чтобы остановиться, схватила бутылку виски и сделала большой глоток.
Это была ошибка. Катю резко стошнило. Прямо на Диану — тёплой, густой смесью непереваренной еды, алкоголя и желчи. Диана застонала от отвращения и дикого возбуждения, когда горячая блевотина потекла по её налившимся сиськам, животу и дальше между ног.
— Аааах, сука... Ты меня обблевала!
Но Диану тоже мгновенно вырвало — мощным фонтаном прямо на лицо и волосы Кати.
Сперва ситуация шокировала их обеих. Но тут же они сильно возбудились. Шлюхи стали страстно целоваться, размазывая блевотину по телам, слизывая её с губ и сосков друг друга. Их беременные, набитые жратвой и спиртным животы скользили друг о друга в этой мерзкой жиже.
— Мы такие грязные... обожравшиеся беременные свиньи... — рыдала от стыда и похоти Диана.
В этот момент Катю скрутило ещё сильнее. Она громко пернула, а потом не удержалась — прямо на полу с разбросанными вокруг продуктами обосралась довольно жидкой каловой массой. Омерзительный запах ударил в нос.
Диана, вместо того чтобы отстраниться, легла спиной в свежее говно Кати и начала
Взломанные аськи! Еще одна тайная переписка!