стянули верёвками. Ей оставили только небольшое расстояние, чтобы она могла идти небольшими шажками.
Сектанты отвели их в другой ангар, где стояли два металлических стола. Диану и Катю грубо положили на них спиной, сильно раздвинув ноги и привязав щиколотки к ножкам столов так, чтобы их беременные пёзды были полностью открыты.
— Смотрите, как их чрева набухли от семени греха! — кричал главный, седой мужчина с безумными глазами.
Он взял большую деревянную ложку и начал силой запихивать им в пёзды смесь из соли, острого перца и уксуса, которую приготовили пару минут назад. Диана завыла от жгучей боли, когда едкая смесь начала жечь нежные стенки.
Катя тоже орала, чувствуя, как жгучая смесь течёт по влагалищу. Но при этом обе девушки уже сильно текли. Страх смерти, унижение и боль странным образом превращались в животное возбуждение.
Сектанты продолжали «очищение». Они притащили откуда-то вёдра с пеплом и начали обмазывать тела шлюх, особенно тщательно втирая его в сиськи, пёзды и жопы.
— Вы — сосуды греха! — кричали они. — Перед казнью вы должны почувствовать всю глубину своего падения!
Диана уже не могла сдерживаться. Животный ужас смешался с похотью так плотно, что она внезапно кончила — мощно, грязно, с криком. Её пизда сильно сжалась в тот момент, когда какой-то ретивый сектант пытался втереть ей в промежность горсть пепла. Тело шлюхи выгнулось дугой, из пизды вытекла смесь перца, вчерашнего говна и соков. Оргазм был болезненным, судорожным, она брызгала и рыдала одновременно.
— Я кончаю... меня сейчас убьют, а я кончаю как последняя сука! — визжала она.
Катя кончила следом, глядя на подругу. Её жопа и пизда пульсировали, ноги дрожали, изо рта текла слюна. Страх предстоящей казни делал оргазм особенно острым и долгим.
Сектанты смотрели на это с показным отвращением и скрытым возбуждением.
— Видите? Даже перед смертью они только и могут, что блядствовать, — сказал главный. — Ритуал начнётся на закате. Мы сожжём их живьём на очищающем костре. Но до того, как огонь очистит их души... Нужно очистить их тела.
Диана, тяжело дыша и дрожа после оргазма, повернула голову к Кате. В её глазах был настоящий животный ужас... и дикое, больное возбуждение.
— Они нас убьют... — хрипло прошептала она. — А у меня снова пизда течёт...
Сектанты притащили огромный металлический таз. Видимо, на этом складе было вообще всё, что только можно себе вообразить. Ёмкость наполнили водой. По всей видимости, из колодца, так как вода была ледяная, несмотря на август на дворе. Диану и Катю грубо бросили в таз. Холодная вода мгновенно обожгла кожу, заставив обеих шлюх громко вскрикнуть и покрыться мурашками.
— Очищайте сосуды греха, — приказал главный.
Несколько сектантов закатали рукава балахонов и склонились над тазом. Их руки сразу же принялись «мыть» тела девушек. Они грубо мяли тяжёлые беременные сиськи, сильно щипали соски, оставляя красные следы. Один особенно ретивый сектант залез пальцами Диане между бёдер и щипал её за половые губы, сильно растягивая их в стороны.
— Смотрите, как течёт. Даже в ледяной воде, — пробормотал он хриплым голосом, явно пытаясь скрыть стояк, который уже заметно топорщил его балахон.
Катю тоже не щадили. Ей щипали клитор, грубо тискали жопу, залезали пальцами в пизду, якобы «отмывая» её.
Впрочем, девушки были немного даже рады этим грубым ласкам. Они громко стонали и дрожали от мужских прикосновений.
— Аааах! Кто-нибудь, ну засуньте уже член в мою пизду! — выкрикивала Диана, выгибаясь в тазу. – Умоляю, ну пожалуйста, выебите меня!
– Коль у тебя так чешется там, сейчас мы тебя почешем,
Как же ты меня достала