ожидая отца. На ней был обтягивающий белый топ с глубоким вырезом, обнажающим верхнюю часть её пышной груди, короткая черная юбка и туфли на высоком каблуке. Она подумала, что отцу понравится этот наряд, ведь он сам выбрал его для неё. Увидев, как он спускается по лестнице, она хотела что-то сказать, но остановилась на полуслове, с открытым ртом.
Эрик был одет в толстую черную кожаную куртку, под которой была синяя рубашка на пуговицах, темно-синие джинсы, застегнутые черным ремнем с заклепками, и черные туфли для чечетки. Его каштановые волосы были густыми и объемными, а борода была только что выбрита, но теперь представляла собой щетину.
«Что случилось?» — обеспокоенно спросил Эрик, глядя на выражение лица дочери. Внезапно он испугался, что совершил большую ошибку.
«Папа, э-э, э-э, ты... ты выглядишь...» — пробормотала Мелинда, пытаясь объяснить ему, как замечательно он выглядит.
«Я переоденусь», — сказал Эрик, поворачиваясь, чтобы подняться наверх, опасаясь, что зашел слишком далеко в попытках выглядеть молодо и «привлекательно».
«Нет! Ты выглядишь красавцем!» — выпалила Мелинда.
Эрик обернулся и улыбнулся. «Спасибо, милая, я думал, тебя расстроило то, что на мне было надето».
"Ого, папа, надеюсь, некоторые из моих друзей увидят меня с тобой. Боже, как они будут завидовать!"
Сердце Эрика переполнилось гордостью и любовью. «Ну что ж, давай заставим их завидовать. А сегодня вечером почему бы тебе не называть меня Эриком?» — сказал он с улыбкой.
«Хорошо, да... э-э, Эрик», — ответила Мелинда, нервно улыбаясь. «Эрик», — повторила она про себя, наслаждаясь тем, как легко слетало с её губ его имя.
Они оба поспешили к машине, и Эрик пробежал мимо дочери и искренне придержал для неё дверь. Затем он быстро сел за руль.
Во время поездки Эрик постоянно поглядывал на ноги дочери. Он почувствовал возбуждение между ног и внезапно пришел в замешательство.
Юбка Мелинды задралась до колен, обнажив загорелые бедра. Она попыталась опустить её, но сиденья в машине, напоминающие спортивные, сильно затрудняли это.
Эрик поехал в небольшой итальянский ресторанчик, куда они иногда ходили. Там было тихо и уютно, царила подлинная средиземноморская атмосфера. Столы были накрыты красными клетчатыми скатертями, а в центре каждого стояла старая винная бутылка с зажженной свечой. Там даже играл скрипач.
Ужин прошел отлично и очень расслабляюще. Эрик даже разрешил Мелинде выпить пару бокалов вина. Эрик хотел, чтобы она почувствовала себя более взрослой. Ей определенно нужно было повысить самооценку.
Эрик выпил гораздо больше вина, чем Мелинда. Он чувствовал себя немного опьяненным, но в то же время ему было тепло и комфортно.
Мелинда без труда разговаривала с отцом. Вино немного развязало ей язык. К тому же, это ведь не настоящее свидание, подумала она.
Они говорили о школе, друзьях, музыке, фильмах — обо всем, о чем обычно говорят парень и девушка на свидании. Время от времени Эрик указывал ей на то, как ей следует себя вести на свидании. Он старался не быть слишком критичным. Впрочем, неудивительно, что Мелинде не требовалось много наставлений. Она была прирожденной, уравновешенной леди, совсем как её мама.
На какое-то время Мелинда действительно забыла, что Эрик — её отец.
Эрик на мгновение забыл, что гуляет с дочерью. Она вдруг показалась такой взрослой. Её красивые голубые глаза сверкали в тусклом свете свечи, когда она смеялась, а лицо озарялось, как свеча, когда она улыбалась. Боже, какая она красивая, подумал он. Внезапно по телу Эрика пробежала легкая дрожь.
После ужина Мелинда проводила Эрика до машины, открыла дверь ресторана и поспешила открыть дверь машины.
Эрик немного неуверенно держался на ногах. Он понимал, что не стоило выпивать последний бокал вина.
Когда Мелинда открыла пассажирскую дверь машины и её
Оживи покойника