та мягкая, задумчивая улыбка, которую она так любила.
— Мам, — сказал он тихо, — я думаю, мы попали в рай. Настоящий инопланетный рай.
Она повернулась к нему, чувствуя, как тепло разливается в груди, и кивнула.
— Я знаю. Мы сделали правильный выбор, когда решили остаться.
Она перевела взгляд на Ом'рк'тана, который стоял у пульта, наблюдая за ними с тем спокойным, удовлетворённым выражением, которое она научилась распознавать.
— Спасибо, — сказала она просто. — За то, что дал нам тогда выбор.
Он склонил голову, принимая её благодарность, и на его губах появилась та редкая, тёплая улыбка, от которой у неё замирало сердце.
— Спасибо, что выбрали остаться.
Она вернулась к наблюдению, чувствуя, как дрон медленно парит над площадью, записывая каждое движение, каждый звук, каждую вибрацию этого утреннего ритуала. Вокруг неё — её сын и инопланетный учёный, ставший ей ближе, чем она могла себе представить. А внизу — целый мир, полный тайн, красоты и жизни, который только начинал открываться им.
Софи сделала глубокий вдох, чувствуя, как её наполняет странное, пьянящее чувство — смесь любопытства, благодарности и предвкушения. Впереди был длинный день. И она была готова прожить его в полную силу.
— Ладно, мальчики, — произнесла она, отрываясь от наблюдения ровно настолько, чтобы встретиться взглядом с каждым из них. — У нас есть планета для исследования. Давайте не будем терять время.
Она усмехнулась, заметив, как тентакль Ом'рк'тана слегка шевельнулся — и этот жест был полон той же довольной усмешки, которую она так ценила.
***
День тянулся своим чередом. Солнце Ворн-7 — или то, что троппы называли "Великим Глазом", — медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в глубокие оттенки пурпурного, золотого и синего. Дроны, которые весь день парили над лесами, полями и поселениями, один за один возвращались на корабль, неся в своих сенсорах терабайты информации: голоса, движения, запахи, ритмы чужой жизни.
Софи откинулась в кресле на мостике, чувствуя, как усталость приятно разливается по мышцам после долгого дня сосредоточенного наблюдения. Она сняла браслет и положила его на пульт, потирая запястье, которое слегка онемело от долгого контакта.
— Я и не думала, что наблюдение может быть таким выматывающим, — произнесла она, потягиваясь, чувствуя, как хрустит позвоночник. — Мы просто сидели и смотрели. А я чувствую себя так, будто сама прошла через те поля за плугом.
— Твой мозг обрабатывал огромное количество новой сенсорной информации, — ответил Ом'рк'тан, не отрываясь от панели. — Он строил нейронные связи для понимания чужой культуры, языка, социальных сигналов. Это работа, даже если она не физическая.
Марк, сидящий рядом с матерью, зевнул так широко, что челюсть хрустнула, и потёр глаза.
— Если это работа, то я бы хотел получить за неё обед. Я голоден как волк.
— Волк? — переспросил Ом'рк'тан, поворачиваясь к нему. — Это земной хищник из семейства псовых, обитающий в северном полушарии. Почему ты голоден как волк, а не как, скажем, медведь или орёл?
Марк и Софи переглянулись, и на их лицах расцвели одинаковые улыбки.
— Это идиома, — объяснила Софи. — Означает "очень голоден". Происходит от того, что волки — прожорливые хищники. В русском языке, по крайней мере.
— Я добавлю это в базу данных, — сказал Ом'рк'тан, и в его голосе прозвучала та сухая нота, которую они уже знали. — "Голоден как волк". Идиома. Уровень голода: высокий.
Марк фыркнул и поднялся, хлопая ладонями по коленям.
— Идём, мам. Добывать ужин. Надо восстанавливать силы после тяжёлого дня наблюдений.
***
Ужин был... обильным. Синтезатор, получив запрос на "что-то согревающее и сытное", выдал глубокие миски с густым, ароматным бульоном, в котором плавали кусочки овощей и
История одного путешествия ? 2.