бросил монструозный царь-пельмень внутрь и только потом понял, что завтракать теперь нечем.
Делать было нечего — надо было заниматься древним как сама история попрошайничеством. Он надел футболку и храбро ступил за порог квартиры. На площадке вся храбрость куда-то улетучилась, вот только голод — не тётка.
После нескольких нажатий на кнопку звонка пришлось даже прислушаться, чтобы убедиться — не фурычит. Тогда в ход пошёл старый добрый стук в дверь.
Лиля открыла подозрительно быстро, отчего закралась мысль, что она некоторое время уже стояла за дверью.
— Привет, — сказала она. — Соль, сахар, мука? Или ты решил нарушить традицию соседскую?
— Чего? — Артём отчего-то совсем растерялся.
— Соседи, они чего приходят? — деловым тоном спросила девчонка. — Либо ор поднять. Либо чего попросить. Обычно просят соль.
Он усмехнулся.
— Не, я не про это. Мне яйца нужны.
Ответ не заставил себя долго ждать. Лиля коротко прыснула и тут же выдала:
— Не можешь решиться на что-то?
Артём подзавис. Потребовалось несколько коротких мгновений, чтобы детали пазла сошлись в единую картинку.
— Дошло, — сказал он. — Не сразу, но дошло. Забавно.
— Забавно? Да это высший пилотаж. Чистый экспромт.
— Жрать хочу, — Артём даже хохотнул, ещё раз промотав в голове начало их диалога. — Тупанул вчера и не купил ничего. А тащиться сейчас на голодный — в падлу. Хотел вот яичницу сделать, а тут ты петросянишь.
— Но-но-но, — Лиля чуть не задохнулась от возмущения. — Я, как минимум, стендаплю.
— Как скажешь. Так что там с нерождёнными детьми курицы?
— К чёрту их. Заходи. Будет тебе завтрак.
Она отступила в коридор, не проверяя, идёт ли он. Артём постоял ещё секунду, потому что войти к человеку, который минуту назад пошутил про твои яйца, казалось важным решением, но переступил порог.
— Тапки слева под полкой обувной, — сказала она из кухни. — Но полы чистые. Я без тапок хожу.
— Я тоже тогда.
— Проходи на кухню — кормить тебя будем.
Он не стал спорить. Сел на край табуретки, в сторону которой она кивнула, и несколько раз поменял положение рук, чтобы чувствовать себя хотя бы чуточку увереннее. Или казаться таковым. Кухня была маленькая.
— Я как раз планировала и себя попотчевать жаренными яйцами, — Лиля поставила сковороду на конфорку и достала несколько яиц из пачки. — Я люблю с помидорами. Будешь?
— Да. С удовольствием.
— Сосисек добавить?
Артём улыбнулся — она произнесла именно «сосисек».
— Добавляй.
— Ну наконец-то, — Лиля похлопала сама себе. — Вот она и улыбка. Сиди. Сейчас всё будет.
Она не суетилась. Это было видно и от этого становилось немного легче. Завалиться с утра в чужую квартиру и заставить плясать вокруг себя — для Артёма такое было сверхнаглостью.
Он понял, насколько проголодался, только когда половина яичницы исчезла. Он вытирал желток хлебом, стараясь собрать всё до последней капли.
— Спасибо. Я правда не рассчитывал на кормежку.
— Я не рассчитывала на гостя. Сошлось. Мы оба просчитались этим утром.
И дальше потёк обычный разговор: хобби, музыка, кино, работа.
— Я в конторе, — сказал он. — Проектировщик. Узлы, крепёж, как что стыкуется, чтобы не развалилось. Контора нормальная. Не огромная, но заказы есть, текучка маленькая, начальник не совсем гандон. Платят достойно.
Лиля слушала, подперев щёку рукой. Казалось, что ей действительно было любопытно, как устроен чужой день.
— То есть ты рисуешь?
— Черчу.
— Скучно?
— Иногда.
— Вот и мне, — призналась она. — Но у меня скука жестокая — бьёт меня по самолюбию.
Артём кивнул с пониманием, припоминая вчерашний разговор про блогинг.
— Влог, — сказала она раньше, чем он спросил. — Две тысячи человек. Две тысячи вот уже как
Гарбузов? родич? ? (на новый лад)