Подобная близость должна была пробудить уснувшее желание. В руках она сжимала картонную коробку с остатками грибов (не сумела доесть). Мы остановились перед «магической» лавкой, где торговали разными безделушками. Моя спутница минуту рассматривала незатейливые товары, призванные умаслить тщеславие глупцов. Очевидно, Екатерине доставляло радость копаться в этом старье, во всяком случаем выражение ее лица, восторженное, наводило на такую думу. Наконец она что-то выудила из груды хлама. Со странной улыбкой на лице, она протянула мне глазной амулет от сглаз. Стоило копейки.
Анальные утехи пришлось отложить. Как бы я ни пытался, член предательски отказывался принять стойку «смирно».
— После такой демонстрации ожидать поступления продуктов в магазины не приходится. Хлеба нет, - промурлыкала женщина, глядя на мой член.
— Сделай что-нибудь! - взмолился я.
Ответ последовал сразу:
— Ясности, конечно, тут никакой нет. Женщины в старину действительно часами стояли в очереди за хлебом.
С миной злого начальника бродил я по комнате, пока не почувствовал пустоту в желудке. Стало быть, съеденный прошутто лишь замаскировал голод, но не разобрался с проблемой; стоило заказать что-нибудь из традиционной кухни. Но что толку теперь жаловаться.
— Повелеваю немедленно прекратить в номере отеля беспорядки, недопустимые в тяжелое время борьбы с потенцией, - сымпровизировала она обращение сильных мира сего. Я бросил на нее сердитый взгляд. Она добавила: - В час нужды неважно, что под коробкой.
Для нее я в этот момент вполне мог представляться каким-то жалким мучеником, который ни в коем случае не хочет глядеть в лицо правде. Но мне было все равно. Черные древесные грибы в остром соусе оказались вполне сносными. Только вот когда я их брал в рот, возникало стойкое ощущение, что я жую чью-то вульву. Сморщенную, жестковатую. Это неочевидное сравнение быстро навело меня на извращенную идею: совместить еду с живой плотью.
Долго упрашивать не пришлось. Самодержавие давало свои плоды в виде неукоснительно выполненных приказов.
Сочная вагина в остром соусе с прожаренными древесными грибами теперь мое любимое блюдо! С таким наслажедением я облизывал каждый клочок нежной кожи, смакуя сладкие стоны зрелой женщины. Видимо, соус давал незабываемые ощущения вспыхнувшего пожара, и уже на первой минуте буйного куннилингуса мне удалось добиться отличных результатов. Я был готов на все, лишь бы наши отношения не испортились.
— Открылась... бездна звезд полна, зве-здам чи... сла нет, бездне дна-а! - запричитала бедняжка ровно перед самым оргазмом, жадно хватая ртом воздух. Дальше она потерялась, стала кроткой. Так мы и лежали в полумраке, бок о бок, без слов, только наше дыхание сплеталось в единую сущность небытия.
~~~
Проснулся я ближе к полудню - так тяжел пришелся сон паршивый. И уже с первых секунд пробуждения почувствовал царившую в комнате пустоту. Сразу понял, что она ушла. Быстро потянулся к телефону, чтобы найти там сообщение от Екатерины. Однако вместо бальзама на душу в виде смиренной веточки, я обнаружил крайне плачевную новость. Как оказалось, у меня заканчивались деньги. И куда я их только потратил? Пришлось написать родителям. Но те ответили отказом перевести хоть сколько-нибудь значимую сумму.
— Я умру здесь с голоду! - написал я им голосовую, на что получил ответ:
— Мишечка, ты и так достаточно там пробыл. Впредь будь расчетливее. Это полезно. Ждем тебя к первому числу сентября.
Долго я сидел схватившись за голову. Думал над следующим шагом, ибо право на ошибку больше не осталось. Екатерина вот-вот должна была стать моей раз и навсегда! Мозг у меня был настроен в тон лидерам прошлого столетия, и я не сомневался в своих силах, свято веря в крепость духа.
Я вышел из гостиницы, не озаботившись даже о гигиене. Низкие серые
Семейное дело-4.