не было хорошо, если в бутылке оставалось грамм сто пятьдесят) приняла явление как знак: нет красоты, хватит сидеть.
– Ну что, на посошок и по домам?
– Давай.
– Завтра куда?
– К фермеру опять?
Все невольно замолчали. Кто-то вспомнил шеренгу бутылок водки на прилавке, кто-то голос бригадира, понукавший весь день к работе, а кто-то три пачки презервативов. Так или иначе Жукова вспомнили все трое.
– Не... я завтра не пойду.
– Говорил выйти. Потом опять упрашивать придется взять.
– Ну и пусть! Куда нахрен денется. Кто еще за эти копейки у них на ферме вкалывать в навозе будет?
– Точно мужики. Я завтра не иду. У меня выходной!
– Я тоже.
– И я не иду.
– Ну все! Решили!
– Да. Наливай и пойдем.
– Давай!
– Будем!
Смятая газета и пустая бутылка отправились под корень дерева, компания покачиваясь встала, отряхнулась и повернулась к деревне.
– Стой!
– Че?!
– Нельзя через огороды. Баба Мара допоздна на улице.
– Точно...
– Да, прицепится.
– Пошли через яры?
– Ноги переломаем по темноте. Пошли через рощу.
– Крюк давать...
– Ну и фиг с ним. Пошли!
Компания, нетвердо ступая по заросшей дороге, отправилась в обход деревни, чтобы зайти с другой стороны.
Дорога живописно нырнула в рощицу и запетляла между деревьями. Ромка с Володей плелись чуть сзади, поддерживая друг друга, а Мишка, чувствуя себя на удивление легко, оторвался чуть вперед. Остановившись подождать друзей, он решил отлить и сошел чуть с дороги. Уже справившись с замком ширинки, он вдруг заметил слабый отблеск далеко впереди между деревьев. Место было знакомое: рощица была красивая, недалеко протекала не менее живописная речка. Начиная с весны и заканчивая глубокой осенью, в этом месте всегда находились желающие отдохнуть. Рыбаки, охотники и просто отдыхающие бывали здесь частенько. Именно на краю рощицы, в подлеске, стоял справленный стол из бревен, вкопанные лавки и добротный, глубоко вкопанный в землю мангал. И именно слабый костерок в мангале и давал отблеск, привлекший внимание Миши.
– Где огонь, там мангал. Где мангал, там и стол. Где стол, там и наливают? – рассудил Миша и, все-таки быстро справив малую нужду, стал дожидаться приятелей.
Вариант был опробованный. Охотники и рыбаки чаще всего без проблем наливали пару рюмок местным жителям в обмен за байки о рыбных и звериных местах. Почему бы и не попробовать?
– Так народ! – привлек внимание Миша. – Вижу цель, иду на захват.
Рома с Володькой прекрасно зная «тему», кивнули головами и медленно поплелись следом, предоставив наиболее трезвому вести переговоры. Миша осторожно обходил деревья, вглядывался в сидящих за столом и приближался к костру. Сначала ему показалось. Он остановился, помотал головой, вгляделся. Сделал пару шагов, остановился снова. Закрыл глаза. Открыл. Внимательно вгляделся. Сомнений не было: за столом гуляли Ваня с Любой. Миша сначала сильно удивился, а потом сразу расстроился: тут точно не нальют. Миша уже хотел повернуться и уйти навстречу друзьям, как увидел, что Ваня наливает водку. В две стопки. А ведь в деревне говорили, что Любаша не употребляет! А тут оказывается вот как. И водочка. И презервативы. Сколько открытий в один день! И правда, было отчетливо видно, как Люба немного поломавшись, все-таки опрокинула в себя предложенное. Закусили, засмеялись. Иван полез целоваться.
– Ну, кто там? – спросил подошедший сзади Володя.
– Тссс! – Миша резко повернулся одновременно присаживаясь.
Дедушка