— Немного же, — говорил хозяин. — Совсем чуть-чуть.
— Там стояк.
— А перенести?
Андрей убрал рулетку.
— Нет.
Заказчик нахмурился.
— Мне на картинке дизайнер нарисовал.
— Картинка соседей снизу не затопит.
Они спорили ещё пятнадцать минут. Потом Андрей показал возможное решение, дороже первоначального, но без вмешательства в общие коммуникации. Заказчик пообещал подумать.
В машине Андрей перезвонил бригадиру, согласовал доставку плитки и проверил переводы рабочим. На одном объекте задерживали оплату, на другом требовалось срочно докупить материал. В такие дни собственный бизнес казался ему не делом, которым он управлял, а несколькими тяжёлыми сумками: стоило перехватить одну, как другая начинала выскальзывать.
Домой они вернулись почти одновременно.
Анастасия сняла туфли у двери и несколько секунд стояла босиком, наслаждаясь прохладой пола.
— Тяжёлый день? — спросил Андрей.
— Обычный. Просто длинный.
Он взял у неё сумку.
За ужином она рассказала про задержанный груз, смешную Марину и человека, который отправил важный документ без вложения, а потом трижды написал: «Смотрите внимательнее».
Про Жукова заговорила не сразу.
— Сергей Петрович опять сегодня выступал.
— На совещании?
— У него весь день совещание. Иногда с аудиторией, иногда без.
Андрей поднял глаза.
— Что сказал?
Она пересказала несколько фраз, опустив разговор у двери.
— Неприятно, — сказал муж.
— Угу.
— Ты ему отвечаешь?
— Андрюш, я взрослый человек.
— Я знаю. Не про это спросил.
Она смягчилась.
— Отвечаю. Просто устаёшь постоянно выбирать между «не промолчать» и «не потратить на него остаток дня».
Андрей провёл пальцем по краю стакана.
Он хорошо представлял Жукова: уверенное рукопожатие, доброжелательные вопросы, беседы на корпоративных вечерах. Однажды Сергей Петрович минут двадцать расспрашивал его про отделку загородного дома и даже попросил совет по подрядчику.
Ничто в этих разговорах не настораживало.
— Если станет хуже, скажи, — произнёс Андрей.
— Скажу.
Он не стал обещать немедленно разобраться и не предложил ей уволиться. За это она была благодарна.
Позже, когда посуда уже стояла в машине, Андрей нашёл её у окна в спальне. Она распустила волосы и снимала серьги.
Он подошёл сзади, обнял за талию, встретился с ней взглядом в тёмном стекле.
— Ты утром что-то обещал, — напомнила она.
— Не работать вечером.
— Это я обещала.
— Значит, у меня условия лучше.
Она повернулась к нему. Его ладонь легла ей на щёку, и Анастасия сама потянулась к поцелую.
С ним ей не приходилось угадывать, как правильно отреагировать. Можно было засмеяться, остановить его, попросить быть ближе. Можно было устать и ничего не объяснять.
В этот вечер она не хотела останавливаться.
Андрей медленно расстегнул верхнюю пуговицу её блузки, задержался губами у основания шеи. Анастасия закрыла глаза, положив ладони ему на плечи. Торопливость прожитого дня понемногу уходила; под пальцами было знакомое тело, рядом — человек, которому она доверяла.
Когда он спросил, не холодно ли ей, она покачала головой и притянула его обратно.
Позднее они лежали под одним одеялом. Анастасия водила пальцем по старому шраму на его плече.
— Нам правда надо куда-нибудь уехать.
— В дом?
— Где ты начнёшь чинить водосток?
— Он сам не починится.
— Вот именно. Куда-нибудь, где у тебя нет инструментов.
Андрей подумал.
— На необитаемый остров?
— Там ты построишь баню.
Он засмеялся так, что она почувствовала смех щекой.
Приглашение пришло в пятницу.
В письме было слишком много красивых фотографий, чтобы Анастасия сразу восприняла его как рабочее.
«Корпоративный выезд московского филиала. Средиземноморский круиз. Четырнадцать дней».
Она перечитала.
Компания оплачивала перелёт, проживание на небольшом круизном судне и основную программу. Приглашались сотрудники с супругами. Всего — двадцать пар.
Через полчаса об этом говорили на всём этаже.
— Нас потом заставят презентации по ночам смотреть, — предположила Лена.
— За такие деньги я и сама им презентацию покажу, — ответил кто-то из соседнего отдела.
Круиз.