ее разогрели. Скользкая, как масло. Входи и кончай. Сыграем в русскую рулетку.Иван взял свой член в руку и приставил головку к входу во влагалище матери. Оно было горячим, мокрым от спермы двух мужчин, воспаленным и припухшим.
Он вошел. Медленно, неуверенно, чувствуя, как чужая сперма обволакивает его член. Наталья дернулась и замычала — ее рот все еще был прижат к анусу Сереги, и крик получился приглушенным, сдавленным.— О, да, — выдохнул Иван, начиная двигаться. — Мама... моя мама...Его движения были неумелыми, рваными, но возбуждение было настолько сильным, что он готов был кончить в любую секунду. Внутри матери было горячо, мокро, скользко от спермы Сереги и Тохи. Его член скользил в этой смеси, и он чувствовал, как яйца напрягаются, готовые взорваться.— Не забудь, пацан, — прохрипел Серега, не открывая глаз, пока Наталья продолжала вылизывать его анус.
Иван, чувствуя приближение оргазма, потянулся вперед и схватил мать за грудь. Его пальцы впились в мягкую, отвисшую плоть, сжимая ее со всей силы, до синяков. Темные соски затвердели под его ладонями, а Наталья замычала от боли, не прекращая вылизывать грязный анус Сереги.— МАМА!!! — закричал Иван, и его голос сорвался на визг.Его член запульсировал глубоко внутри матери, извергая горячую, густую сперму. Она смешалась с семенем Сереги и Тохи — три разных мужчины, три порции спермы, и ни одного шанса узнать, кто станет отцом.
Иван продолжал сжимать отвисшие груди матери, его пальцы оставляли красные следы на бледной коже. Он сделал еще несколько слабых толчков, выдавливая последние капли спермы, а затем обессиленно рухнул на спину матери, тяжело дыша.— Вот это я понимаю — семейные ценности, — заржал Серега, отталкивая голову Натальи от своего ануса. — Мать, сын, русская рулетка с отцовством. Красота.Тоха, стоявший в стороне, мерзко захихикал и потер руки.— Ну что, Серега, — протянул он, и его глаза блеснули в предвкушении. — Осталось последнее дело. Распечатать старухе задницу. Она у нас еще не разработана. Анал, сука, еще не знает. Пора это исправить.
Наталья, услышав это, дернулась и попыталась отползти. Ее лицо, перепачканное слюной и грязью с ануса Сереги, исказилось от нового приступа ужаса. Она только что пережила двойное изнасилование, унизительный ануслисинг, и теперь ее сын кончил в нее. А эти двое хотели еще и анал.— Нет... — прошептала она, мотая головой. — Пожалуйста... только не туда... я никогда... меня никогда не трогали там...— Вот именно, — осклабился Тоха, хватая ее за бедра и подтягивая к себе. — Никогда не трогали. Значит, целочка там у тебя еще не тронутая. Будем распечатывать.
Серега поднялся с дивана и подошел к Наталье, которая все еще стояла на четвереньках, дрожа всем телом. Ее плоская задница была выставлена напоказ, и между ягодиц виднелось сморщенное, нетронутое отверстие.— Держи ее, пацан, — скомандовал Серега Ивану, который все еще тяжело дышал после оргазма. — А ты, Тоха, приготовь ее. Плюнь туда. Смажь как следует. Мы же не звери, в конце концов.Тоха захихикал и, набрав полный рот слюны, смачно плюнул на анус Натальи. Его палец грубо втер слюну в сморщенное отверстие, и Наталья заскулила, чувствуя, как ее тело предает ее в очередной раз.
— Не дергайся, сука, — прорычал Тоха, проталкивая палец глубже в ее анус. Наталья вскрикнула от боли — палец был грубым, шершавым, и слюны было недостаточно, чтобы смягчить вторжение. — Расслабься. Если не расслабишься, будет больнее. А мы хотим, чтобы тебе тоже понравилось.Иван, все еще стоя на коленях позади матери, послушно схватил ее за бедра, фиксируя на месте. Его член,
История, свидетелем которой я был