продолжила она, и в голосе проскользнула лёгкая, тёплая ирония. — Мы выберем самый красивый купальник. Я всё уже продумала — у меня в сумке есть запасной слитный, чёрный, с глубоким вырезом на груди и высокой посадкой на бёдрах. Он идеально сядет на твою фигурку: мягко обтянет эту твою аппетитную круглую попку и тонкую талию так, что ты будешь выглядеть лучше любой девчонки. Никто и не заподозрит. Ты будешь нашей секретной, самой милой и нежной девочкой. И мы с Таней будем тебя... очень тщательно оберегать и баловать. Хорошо?
Саша медленно кивнул, не в силах выговорить ни слова. Щёки продолжали гореть, дыхание стало частым и прерывистым, а взгляд был намертво прикован к полу. Внутри него бушевал целый вихрь стыда, страха и странной, тёплой растерянности — он понимал, что уже не сможет отказаться.
Глава 2. Перевоплощение
Они зашли в отдельную небольшую комнату для персонала рядом с женской раздевалкой. Татьяна Викторовна договорилась об этом прямо у стойки регистрации, как только администратор сообщила о ремонте в мужском отделении. Она уверенно и спокойно сказала: «Это моя новая ученица — Саша. Очень стеснительная девочка, только перевелась. Голос у неё ещё слабый после недавней простуды, она буквально дрожит от одной мысли переодеваться в общей раздевалке. Можно нам на десять минут эту подсобку? Я полностью отвечаю». Длинные волосы, нежные черты лица и тонкая фигура Саши в школьной форме сделали своё дело — администратор лишь мельком взглянула и кивнула, не задавая лишних вопросов. Никто не услышал его голоса, а одежда только подчёркивала женственные изгибы, так что подозрений не возникло.
Дверь за ними закрылась с тихим, но тяжёлым щелчком, отрезав весь внешний мир. В комнате сразу стало очень тихо и интимно. Татьяна Викторовна на секунду прикрыла глаза, позволяя себе едва заметную, почти неуловимую улыбку. Всё складывалось именно так, как она давно задумала. Эти двое... они станут не только её самой большой слабостью, но и самым надёжным оружием против тех, кто считал, что может держать её на коротком поводке.
Это была довольно просторная подсобка — примерно пять на шесть метров — с высоким потолком и мягким, тёплым светом одной большой потолочной лампы. В центре комнаты свободно оставалось достаточно места, чтобы троим спокойно двигаться, не толкаясь. У дальней стены стоял крепкий широкий деревянный стол — достаточно большой и устойчивый, чтобы на него можно было сесть, опереться руками и даже поставить ноги на край. Рядом с ним — два удобных стула и высокие стеллажи, заставленные аккуратными стопками свежих полотенец, пачками одноразовых простыней и сложенной формой персонала. В углу висело большое прямоугольное зеркало в простой раме, слегка запотевшее от влажного воздуха бассейна.
Воздух был тёплым и чистым, с приятным запахом свежевыстиранного белья, лёгкого кондиционера с ноткой лаванды и едва уловимым сладковатым ароматом духов Татьяны Викторовны. Единственное маленькое окно под потолком было плотно зашторено плотной тканью, полностью отсекая внешние звуки и свет. Здесь было достаточно просторно, чтобы они могли спокойно делать всё, что захотят, и при этом чувствовать себя полностью отрезанными от остального мира.
— Раздевайся, солнышко моё... — мягко, почти мурлыкающим голосом произнесла учительница, доставая из сумки чёрный слитный купальник с глубоким вырезом на груди и высокой посадкой на бёдрах. Ткань красиво блестела в приглушённом свете. — Не стесняйся нас, моя хорошая. Мы здесь именно для того, чтобы помочь тебе стать ещё красивее... ещё более желанной. Я хочу, чтобы ты почувствовала себя настоящей девочкой. Нашей девочкой.
Саша стоял посреди комнаты, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле, готовое вот-вот вырваться из груди. Щёки
ДРОН