— Я вчера вечером с тётей разговаривала, — сказала одна из них. — Она мне такое рассказала. Вчера утром они с дядей поехали завтракать, и на светофоре рядом с ними остановилась машина — за рулём голая девица.
— Голая? — переспросила вторая.
— Ага. Тётя говорит, она пыталась её окликнуть — не была уверена, знает ли та вообще, что голая.
— Как это можно не знать, что ты голая? Глупость какая-то.
— Ну, это ж моя тётя. В общем, говорит, как зажёгся зелёный, та рванула с места и скрылась из виду.
— А что за машина?
— Какая-то белая «Тойота».
— Подожди. Аманда, у тебя же белая «Тойота»?
Я онемела. Хотелось вскочить и убежать — но я понимала: хуже не придумаешь. Надо было отвечать, и я через силу выдавила:
— Прости, что ты сказала?
— У тебя белая «Тойота»?
— Да.
— А ты вчера утром не разъезжала голая?
— Конечно нет, — соврала я. — Кто вообще на такое способен? Ну, по своей воле.
— Не знаю. Наверное, шлюха какая-нибудь.
Я не была шлюхой — но, слушая это, ощущала себя именно ею. До конца дня я вслушивалась в чужие разговоры — может, ещё кто-то слышал о голой девушке в городе, — и, к облегчению, никто ничего такого не говорил. Мне вдруг отчаянно захотелось сбежать в Аризону к брату. Он, конечно, порой тот ещё придурок — но я бы как-нибудь пережила. Главное — быть подальше отсюда.
***
До дома я ехала как можно медленнее — страшно было думать о поездке. Мелькнула мысль вообще не возвращаться — но куда деваться: не приеду — и фотки тут же разлетятся по почте. Сворачивая на свою улицу и приближаясь к дому, я увидела, как у обочины припаркован внедорожник СиДжей. Чёрт, они уже здесь. Хотелось проехать мимо — но заставила себя остановиться у дома. Выйдя из машины и подойдя к внедорожнику, я заметила, что внутри никого нет. Где же они? В этот момент из боковой двери моего дома вынырнула Эмили и направилась ко мне. Как они попали внутрь?
— Привет, Аманда! — сказала она с улыбкой, подошла и обняла меня. — Мы тебя заждались. Мы, кстати, сделали копии твоих ключей, так что вошли сами, раз твоих родителей нет. Надеюсь, ты не против?
Разумеется, я была против. Против всего этого чёртова заговора. Они попросту вторгались в мою жизнь. Эмили взяла меня под руку и сказала:
— Давай-ка заглянем к тебе ненадолго перед отъездом.
И повела меня в мой собственный дом. Проходя через гостиную, она указала на один из семейных снимков на стене.
— Это твой брат? — спросила она, показывая на парня, стоявшего рядом со мной на фотографии.
— Да, — ответила я. — Он сейчас в Аризоне, с женой.
— Правда? Значит, он нам не помешает. А папа у тебя — вылитый хиппи. Так и есть?
— Вроде того. Слушает музыку шестидесятых.
— Круто.
Затем она повела меня к лестнице, и мы поднялись в мою комнату, где нас уже ждала СиДжей.
— Привет, Эми. Готова ехать? — спросила она с довольной ухмылкой.
Я никогда не была готова к этой поездке — но всё равно кивнула.
— Отлично. Как ты уже заметила утром, мы собрали твою одежду. Но кое-что ещё нужно добавить в чемодан.
Она подошла к моему чемодану и открыла его. Это был мой большой чемодан — внутри аккуратно сложены почти все мои вещи. Я против воли изумилась: столько всего со мной берут?
— А теперь моя любимая часть, — объявила СиДжей. — Нам нужно упаковать и то, что сейчас на тебе.
Грудастая Марина