но этого чувства уже не было в ней. К ней приходило облегчение - ужасное испытание голодом осталось позади без каких-либо решений или действий с ее стороны. Алиса успокаивала себя тем, что остальные тоже обязательно скоро посыпятся. В конце концов, она и в прошлой жизни никогда не могла долго злиться на сына, ведь очень сильно его любила.
«Повторюсь, я серьезно, благодари его» - сказал ведущий, немного выждав. Алиса, может быть, и принимала некоторую долю истины в его словах, но к таким резким переменам по отношению к сыну, которого всего несколько минут назад собиралась удавить голыми руками, была не готова. Этого голоса, главного воплощения всемогущих похитителей, она боялась до ужаса. Поэтому она просто сидела, вжав голову в плечи, и угрюмо молчала, продолжая жевать.
«Не заставляй меня портить ваш честно заслуженный праздник живота ледяным душем» - не унимался ведущий. Алиса поняла, что от нее не отстанут.
— Спасибо, - еле слышно буркнула она в сторону сына. На секунду она подняла на него глаза. Он сидел, потупив глаза, все еще красный от стыда. Никогда еще сын не казался ей таким маленьким и жалким. Чувство жалости начало просыпаться в ней, заменяя остатки гнева.
«Нет, так не пойдет, давай как положено» - ведущему явно хотелось поиздеваться над женщиной - «Громко, с чувством, скажи: «Сынок, спасибо, что накормил!» Чтобы мы с Яриком поверили в твою искренность!»
— Сынок, спасибо, что накормил, - механически повторила женщина немного громче, уже не понимая сколько уровней позора предстоит еще пролететь, прежде чем ее оставят в покое.
«Сынок, спасибо, что накормил» - голос Алисы незамедлительно разнесся по комплексу из всех его динамиков. Ведущий находил способы накрывать ее с головой все новыми и новыми волнами унижений.
«Вот видите!» - ведущий снова заговорил для всех - «Семейная идиллия восстановлена, берите пример с наших замечательных первопроходцев!»
Это было, безусловно, далеко от истины, Алисе и Ярославу еще предстояло разобраться во всем, что случилось, как изменилось их отношение друг другу. Ярослав переступил черту, и теперь им не удастся вернуться за нее, ничто между ними уже не будет как прежде. Но участникам, которым соображать становилось все сложнее от голода и плохого сна, так не казалось. Некоторые в падении Никоновых видели оправдание для себя, для своих мыслей о том, чтобы сдаться, и выполнить испытание безжалостных организаторов. Похитители не хотели ломать участников сиюминутно, они давили планомерно, но неуклонно, все усиливая и усиливая нажим. И вот, в B2, барьеры треснули, организаторам удалось наконец прорвать первое сопротивление, первая костяшка домино пала, и за ней, может быть не быстро, но неумолимо, должны были начать падать и остальные.
Часть 4. Благими намерениями
После небывалой голодовки, небывалого чувства стыда, которое сжигало Никоновых изнутри, сложно было говорить о мере. Они объелись так, что с трудом дышали. Они сидели, привалившись к противоположным перегородкам, и лениво ковыряли вилками кусочки торта, все также стесняясь поднять глаза друг на друга, или соседей. Остальные участники постепенно находили в себе силы и отводили сверлящие взгляды от их стола, на котором все равно оставалось еды так много, что хватило бы накормить весь комплекс.
«Что ж, дорогие победители, вижу, вы сполна насладились своим призом. Наши повара очень старались вам угодить!» - снова подал голос ведущий. - «Прошу поместить все столовые приборы обратно на обеденный стол, во избежание ледяного душа»
Алиса и Ярослав послушно выполнили требование. Стол, все еще полный еды, поехал вниз.
«А теперь, Ярослав, как главу семьи, приглашаю тебя подойти к планшету» - сказал ведущий. Парень послушался, подполз к угловой плите и откинул крышку. На планшете,
Износилования