Сэм, дрожа от унижения, надел ее. Затем он быстро натянул футболку и брюки, пытаясь скрыть следы своего позора. Он чувствовал под тканью неестественную тяжесть нового, чужеродного предмета. Ева подошла к нему вплотную.
— А теперь слушай правила твоей прогулки домой, — произнесла она, и в её гладе снова вспыхнул расчетливый огонь. — В этот пояс встроен датчик напряжения твоего члена, а в грудь — микронасос. Как только ты выйдешь за порог этого клуба, вибратор внутри пояса включится на минимальную мощность. Его задача — поддерживать твое возбуждение на постоянном уровне.
Сэм почувствовал, как внизу живота заворочалось нечто едва уловимое, пугающее.
— И вот в чем подвох, Сэм, — продолжила Ева, обходя его и внимательно осматривая его фигуру со стороны. — Чем сильнее ты будешь возбуждаться, чем больше будет прилив крови к твоему члену, тем сильнее будет раздуваться эта грудь под твоей футболкой. Насос реагирует на напряжение в поясе. Если ты не сможешь сдержать себя, если твой член станет слишком твердым — вместо привычного бугра в брюках у тебя под футболкой начнет расти женственная грудь.
Сэм почувствовал, как по спине пробежал холодный пот. Он представил себе этот кошмар: ночная улица, случайные прохожие, свет фонарей, и он, идущий по тротуару, чья грудь под обычной футболкой начинает на глазах раздуваться, выдавая его позор всему миру.
— Твоя задача — дойти до дома, стараясь не допустить возбуждения, именно дойти, а не доехать на автобусе, не добежать. — закончила она, возвращаясь к своим документам. — Не смей позволять этим «женским» формам проявляться, если не хочешь лишних вопросов от прохожих. А теперь — иди. И постарайся не слишком сильно «накачивать» себя по дороге.
Выход из клуба в прохладную ночную сырость был подобен прыжку в ледяную воду. Как только тяжелая дверь за спиной Сэма закрылась, отсекая шум и свет клуба, он почувствовал это — едва уловимый, но настойчивый, сухой зуд прямо в паху. Пояс верности ожил. Маленький моторчик внутри металла начал свою неумолимую работу, передавая мелкую, дрожащую вибрацию на чувствительную плоть. Сэм пошел по пустынной улице. Он чувствовал себя так, словно шел по минному полю, где каждой миной был его собственный пульс. Его взгляд был прикован к трещинам на асфальте, к теням от мусорных баков, к брусчатке под ногами — куда угодно, лишь бы не думать мысли, которые могут усилить его возбуждение.
Город жил своей жизнью. Мимо него, наполняя пространство звонким смехом и ароматом дорогого парфюма, проходили группы девушек. Одна яркая блондинка в облегающем платье прошла совсем рядом, и Сэм на мгновение уловил движение её бедер, почувствовал шлейф цветочных духов. В ту же секунду вибрация в паху словно усилилась, став более плотной и тяжелой. Кровь прилила к его члену, который был зажат в тиски стального пояса, вызывая резкую, пульсирующую боль, смешанную с непреодолимым возбуждением. И тут же он почувствовал это — пугающее, непривычное давление под тканью своей футболки. Сэм вздрогнул. Ему показалось, что область его груди стала чуть больше, ткань футболки натянулась чуть плотнее. Насос, реагирующий на напряжение члена, начал медленно качать воздух в силиконовые камеры. «Только не это... Пожалуйста, только не сейчас», — в ужасе пронеслось у него в голове.
Он судорожно заставил себя смотреть в землю, почти до боли в шее, стараясь игнорировать всё, что происходит вокруг. Он пытался дышать ровно и глубоко, надеясь, что это поможет снизить уровень стресса и, следовательно, возбуждения. Но само осознание того, что он идет по улице с надувным секретом под одеждой, только подстегивало
На стройплощадке 2