грубо и безответственно. Лила сделала для тебя то, чего ты не заслуживаешь, а ты собираешься оставить её на полпути? Доведи дело до конца, Сэм. Ты должен завершить то, что начал.
Сэм почувствовал, как по спине пробежал холод от этого приказа. Его колени, уже испачканные в грязи, снова коснулись земли. Он не мог спорить. Под взглядом Кэти его воля была ничем. С глубоким вздохом он вновь склонился над Лилой, возвращаясь к своей задаче.
Теперь его движения были более уверенными, но в них сквозила какая-то отчаянная решимость. Он сосредоточился на ритме, который требовала Лила, жадно лаская ее плоть. Напряжение в ее теле начало нарастать. Её пальцы, впившиеся в траву, побелели от напряжения. Дыхание стало прерывистым, превращаясь в сдавленные стоны. Сэм чувствовал, как её мышцы начинают непроизвольно сокращаться под его языком. И вот, в какой-то момент, всё напряжение разом лопнуло. Лила резко выгнулась дугой, её спина напряглась, как натянутая струна, а из горла вырвался прерывистый, сорванный крик, который мгновенно растворился в ночной тишине парка. Её тело забилось в конвульсиях оргазма. Она обмякла, тяжело дыша.
Сэм, тяжело дыша и вытирая лицо тыльной стороной ладони, всё ещё испачканной в соках Лилы, потянулся к сумке. Его пальцы дрожали, а сердце колотилось о ребра. Но когда он прикоснулся к замку, тот оставался неподатливым. Кэти подошла ближе. Она наклонилась к сумке, внимательно изучая пульсацию света, и в её глазах отразилось не разочарование, а пугающее любопытство исследователя.
— Желтый — это лишь промежуточный этап, Сэм, — произнесла она почти шепотом, и в её голосе послышалась предвкушающая улыбка. — Теперь системе требуется второй биохимический ключ. Мужской. — Ты ведь понимаешь, о чем идет речь? Догадываешься ли ты, какой именно следующий «материал» необходим для открытия замка?
Сэм понял всё мгновенно. Он опустился на корточки, дрожащими пальцами подцепил край влажного от пота кружева своих трусиков, отодвигая ткань в сторону. Он обнажил свой орган, который уже пульсировал от смеси страха и физического возбуждения. Он начал двигать рукой — ритмично, механически. Каждый взмах его ладони был пропитан чувством собственной ничтожности. Он старался не смотреть на женщин, но чувствовал их глаза на себе, ощущал, как их присутствие давит на него, заставляя каждое движение быть максимально позорным. Напряжение в его теле росло, становясь почти болезненным. Его дыхание стало прерывистым, превращаясь в хриплые всхлипы. Когда оргазм стал неизбежным, он не смог сдержать рваного, придушенного стона. В момент пика Сэм выгнулся, и горячая, густая струя семени вырвалась из него мощным толчком. В порыве его конвульсии часть вязкой белой жидкости попала прямо на сенсорную панель замка. Желтое свечение сменилось ярким, чистым и триумфальным зеленым светом. Замок издал негромкий, довольный щелчок, возвещая о том, что ключ принят.
Сэм расстегнул защелку и вытянул из сумки сложенную одежду. Ткань казалась невероятно мягкой и теплой. Сэм втиснул ноги в брюки, натянул рубашку. Одежда приносила ему почти физическое облегчение, защищая от пронизывающего ночного ветра. Когда он закончил, он чувствовал себя опустошенным, как выжатый лимон, но тепло возвращало ему способность мыслить.
Они двинулись в сторону дома. Сэм шел позади, пошатываясь от усталости, его взгляд был прикован к земле. Кэти и Лила шли чуть впереди, их силуэты плавно скользили в свете редких фонарей. Сэм слышал их приглушенные голоса, долетавшие до него сквозь ночную тишину.
— Ну, как тебе сегодняшний вечер? — спросила Кэти, её голос был полон мягкого, почти материнского любопытства. Она не спрашивала о Сэме, она спрашивала о впечатлениях Лилы.
Лила, чья походка теперь стала легкой и уверенной, отозвалась с заметным воодушевлением.
Мокрая киська. Часть 1.