свой член, покрытый её слюной, затем перевел взгляд на Диму. — Видишь, дед? — усмехнулся он. — Она старалась. Она хотела угодить. Потому что знает, кто здесь главный.
Наташа подняла глаза на мужа. В её взгляде не было раскаяния. Было только ожидание. Она знала, что будет дальше. И она хотела этого.
Витек шагнул к ней, грубо схватил за плечи и развернул лицом к песку. — Ложись. На четвереньки. Жопой вверх.
Наташа послушалась мгновенно. Она встала на колени, уперлась ладонями в горячий песок, прогнулась в пояснице, поднимая бедра. Её ягодицы, белые и мягкие, контрастировали с загорелой спиной. Алые трусики всё ещё висели на одной лодыжке, напоминая о последней черте, которую они переступили секунду назад.
Витек подошел сзади. Он не стал тратить время на прелюдии. Он плюнул себе на ладонь, быстро смазал головку, затем другой рукой развел её ягодицы, открывая вход.
Дима смотрел. Он видел, как Витек прицеливается. Видел, как напрягаются мышцы его бедер. Видел, как Наташа зажмурилась, готовясь принять его.
— Смотри, Дима! — рявкнул Витек, не оборачиваясь. — Смотри, как я трахаю твою жену! Смотри, как она принимает настоящего мужика!
Дима не мог отвести взгляд. Его сердце билось где-то в горле. Руки снова потянулись к ширинке, но он замер, боясь гнева Лёхи. Он просто смотрел. И в этот момент он понял, что его жизнь изменилась навсегда. Он больше не был мужем. Он был зрителем. И ему это нравилось.
Витек сделал резкий выпад бедрами вперед.
— Ааа! — вскрикнула Наташа, её пальцы впились в песок.
Член Витька вошел в неё. Глубоко. Грубо. Без жалости.
Дима ахнул, словно удар пришелся по нему самому. Он видел, как тело Наташи содрогнулось от проникновения. Видел, как Витек замер на секунду, наслаждаясь теснотой и жаром, а затем начал двигаться. Сначала медленно, вкручиваясь, затем быстрее, жестче, ударяя в неё с каждым толчком.
Песок летел из-под колен Наташи. Её стоны становились громче, переходя в визг удовольствия. Витек держал её за волосы, оттягивая голову назад, заставляя смотреть на Диму.
— Видишь?! — кричал Витек, тяжело дыша. — Она моя! Слышишь, лох? Она кончает от меня!
Дима смотрел в глаза своей жены. И видел там не боль. Не страх. А экстаз. Чистый, незамутненный экстаз женщины, которую наконец-то взяли так, как она того хотела.
Витек ускорял темп. Удары становились всё чаще, всё сильнее. Тело Наташи билось в ритме его движений. Мир вокруг исчез. Остались только они трое. И тишина пляжа, которую разрывали их звуки.
Он наклонился ближе к уху Наташи, продолжая долбить её с неистовой яростью. — Сейчас... — прорычал он. — Сейчас залью твою замужнюю пизденку. Чтобы твой муж знал, что ты полна мной.
Наташа закричала, её тело свела судорога оргазма. Витек зарычал, вкладывая всю силу в последние, решающие толчки.
Дима закрыл глаза. Но было поздно. Образ уже отпечатался в его мозгу. Навсегда.
****
Витек выдернул член из Наташи с громким, влажным шлепком. Струя белого семени, смешанная с её собственными соками, медленно вытекала из неё, капая на раскаленный песок. Наташа лежала на четвереньках, тяжело дыша, её спина вздымалась, а ягодицы дрожали от пережитого напряжения. Она была использована, наполнена, сломлена.
Но шоу не закончилось.
— Костян, — бросил Витек, застегивая джинсы и вытирая руки о траву. Его голос звучал спокойно, как у человека, только что выполнившего рутинную работу. — Закрепи результат. Чтобы дед понял: она теперь общая.
Костян, который до этого момента стоял в стороне, наблюдая с тяжелой, животной усмешкой, шагнул вперед. Он не стал тратить время на проникновение. Ему не нужно было доказывать свою силу через глубину удара. Его задача была другой —
Прятки