нашему разговору. Инна Александровна, я готов предложить вам очень хорошее вознаграждение. Серьёзное. Скажем, втрое больше вашей учительской ставки за месяц занятий. Два раза в неделю, у нас дома. Павел вас уважает — это единственный преподаватель, о котором он отзывается... скажем так, с придыханием. Вы ему нужны.
Инна молчала. Сумма, которую он назвал, действительно могла бы закрыть их самые неотложные долги. И даже оставить что-то на ежемесячный платёж по ипотеке.
— Я не знаю, — произнесла она наконец. — У меня правда очень плотный график, семья, дом...
— А вы подумайте, — мягко, но настойчиво сказал Елезов. — Я не тороплю с ответом. Но, поверьте моему опыту: иногда судьба подкидывает нам возможности, которые грех упускать. Я буду ждать вашего звонка.
Она отключилась и долго смотрела на экран телефона. Втрое больше ставки. Это решило бы столько проблем... Но внутри что-то сопротивлялось. Может быть, воспоминание о том, как Паша смотрел на неё сегодня — с этой своей дурацкой ухмылкой и словами про «условия».
Домой она вернулась поздно — после уроков было совещание, потом родительский комитет, и она едва доплелась до съёмной квартиры, мечтая лишь о горячем чае и тишине. Но тишина не случилась.
Едва она переступила порог, бросив сумку в прихожей, из кухни вышел Сергей. Вид у него был виноватый, и это выражение лица она знала слишком хорошо, чтобы ошибиться.
— Ин, я это... — начал он, переминаясь с ноги на ногу.
— Опять? — тихо спросила она, и голос её прозвучал так устало, что Сергей вздрогнул.
— Я думал, отыграюсь. Я почти отыгрался! Но на последнем матче...
— Сколько? — перебила она, и в этом слове было больше льда, чем во всей сибирской зиме.
Он назвал сумму. Инна закрыла глаза. Это был их бюджет на две недели вперёд. Деньги, которые она откладывала на очередной взнос. Деньги, которых и так не хватало.
— Ты же обещал, — сказала она, не открывая глаз. — Ты же дал слово, Серёжа. После прошлого раза. Ты сказал: «Всё, больше никогда».
— Ин, я... — он шагнул к ней, но она выставила руку вперёд, останавливая его.
— Не подходи ко мне. Просто не подходи. Мне нужно подумать.
Она ушла в спальню и закрыла дверь. Сергей остался в коридоре, глядя на эту закрытую дверь и чувствуя себя последним ничтожеством. Где-то в комнате Игоря играла музыка — он надел наушники, чтобы не слышать. Но он всё равно слышал. И у него щемило сердце.
Инна сидела на краю кровати, сжимая в руке телефон, и смотрела в одну точку. В голове крутились цифры: ипотека, квартплата, кредит за переезд, долг Сергея — ещё один, и ещё, и ещё. Она тащила этот воз в одиночку уже много месяцев. И сегодня её силы иссякли.
Она набрала номер.
— Евгений Николаевич? Это Инна Александровна. Я согласна. Когда начинаем?
— Это правильное решение, Инна Александровна. И поверьте, я ценю, что вы пошли навстречу. Ну что ж, давайте обсудим детали. По месту занятий... — он сделал короткую паузу, обдумывая. — У нас дома, конечно, есть всё необходимое — библиотека, отдельный кабинет, тишина. Но я понимаю, что вам, возможно, будет некомфортно на чужой территории. Да и добираться до нас неблизко — мы за городом, в коттеджном посёлке. Такси туда-обратно — то ещё удовольствие.
— Я как раз хотела об этом сказать, — подхватила Инна. — У меня машины нет, муж на своей постоянно в разъездах. А общественный транспорт до вашего посёлка ходит, мягко говоря, нерегулярно.
— В школе, как я понимаю, тоже не вариант? — уточнил Елезов, хотя в его
Жена на двоих.