— Ох... Дениска... — сорвался с её губ тихий, хмельной хрип в потолок комнаты. — Какой же ты... удобный... Давай... работай...
Её дыхание, только что начавшее выравниваться, снова стало прерывистым и рваным. Настя двигалась на мне уже не так хаотично, как на пляже, а медленно, тягуче, с размаху насаживая свою плоть на мой нос и втирая свои соки прямо в мою кожу. В полумраке я слышал влажное, липкое шлепанье её губок о мое лицо. Каждое её движение вбивало мой нос в самый центр её удовольствия. Мои губы были плотно прижаты к её бедру, и я жадно слизывал соленые капли, которые стекали вниз.
В какой-то момент Настя резко выдохнула сквозь зубы, её пальцы намертво впились в мои волосы, фиксируя мою голову на пике толчка. Её бедра судорожно, конвульсивно сжались вокруг моих ушей с такой силой, что у меня затрещали челюсти. Внутренние мышцы её киски яростно пульсировали, выдавая финальную, обжигающе горячую волну оргазма прямо мне на лицо. Она довела себя до конца. Прямо на моем носу. Мой нос трахнула вторая девчонка за эту безумную ночь.
Спустя минуту её тело полностью обмякло, а пальцы ослабили хватку на моих волосах. Настя лениво, сонным движением поправила лавандовые трусики обратно, плотно прижимая шелковую ткань к моей коже, и мгновенно заснула, её дыхание стало глубоким и ровным.
Но даже во сне её подсознательный контроль не ослаб. Она так и осталась лежать, продолжая держать мою голову намертво зажатой в замке своих мягких, горячих бедер. Мой нос был до самого утра вдавлен в лавандовую ткань, насквозь пропитанную её свежими соками. Я лежал в темноте, задыхаясь между спящей сестрой и её подругой, ловя губами влагу через шелк, и понимал, что этот ночной замок запер меня навсегда.
------------------------------
Утренний свет пробивался сквозь неплотно закрытые шторы, расчерчивая комнату Алины блеклыми серыми полосами. Первой от тяжелого хмельного сна очнулась сестра. Она со стоном села на кровати, потирая виски, и огляделась. Её блуждающий взгляд упал на нижний край постели, и остатки сна моментально испарились из её глаз. На её лице расплылась широкая, изумленная и дико довольная улыбка.
Настя спала на боку, закинув одну руку под голову. Её летний сарафан задрался до самых ребер, а бедра по-прежнему намертво, словно капкан, сжимали мою голову. Мой нос за всю ночь окончательно распух и отек, намертво вдавленный в лавандовый шелк, который к утру высох и слегка затвердел от впитавшихся соков. Я не спал ни минуты, боясь шевельнуться и нарушить приказ.
— Насть... Насть, проснись, — Алина легонько потрясла подругу за плечо, сдерживая смешок. — Ты посмотри, в какой позе ты дрыхнешь. Ты его за ночь там не задушила? Как он вообще туда залез? Ты его так?
Настя сладко потянулась, заставив свои бедра еще сильнее сжаться вокруг моих ушей, отчего я тихо промычал. Она медленно открыла заспанные глаза, сфокусировала взгляд на моем пунцовом лице и лукаво прикусила губу.
— Ой, Трусонюх, ты всё еще здесь? — её голос после сна был хриплым и невероятно сексуальным. Вместо того чтобы отпустить меня, Настя запустила пальцы в мои растрепанные волосы и с силой дернула за них назад, заставляя меня поднять голову и посмотреть ей прямо в глаза. — Какой послушный песик. Всю ночь работал моей подпёздной подушкой.
Она повернулась к Алине, и в её глазах мгновенно вспыхнул свежий, утренний огонек изощренного коварства. Алкоголь ушел, но абсолютная власть, которую они почувствовали вчера, требовала продолжения.
— Алька, я тут подумала... — Настя лениво провела пальчиком по краю своего лавандового белья.
Лихие 90-ые. Глава 08 - Новое платье принцессы