раз, когда она это делала, член Дениса дергался, а с губ срывался новый стон.
Андрей не мог отвести взгляд. Его собственное возбуждение достигло такого накала, что он боялся кончить прямо в брюки, не прикасаясь к себе. Ему было стыдно, неловко, мучительно — и одновременно он чувствовал, как его захлестывает волна темного, извращенного восторга. Его жена, такая красивая, такая раскрепощенная, стояла на коленях перед другим мужчиной и делала то, чего никогда не делала для него. И это зрелище было самым эротичным, что он видел в жизни.
Катя наконец отпустила мошонку и снова вернулась к члену. Она провела языком от основания до головки, слизывая выступившую смазку, и полностью погрузила его в рот — глубоко, до самого горла, так что ее нос уткнулся в завитки волос. Ее тело двигалось в гипнотическом ритме, и Андрей смотрел на это, боясь даже моргнуть. «Всегда так хорошо получается, — повторил он про себя слова Дениса. — Всегда».
Но Денис не кончал. Андрей заметил это не сразу. Просто в какой-то момент он обратил внимание: прошло уже, наверное, минут пятнадцать, а его друг все еще был на грани, но не переступал ее. Его член стоял колом — огромный, твердый, с набухшими венами и багровой головкой, — но финала не наступало. Денис тяжело дышал, его тело напрягалось, он явно был близок, но что-то мешало ему сделать последний шаг.
И Андрей догадался, в чем дело. Два раза за ночь. Дважды он слышал, как Денис кончал в его жену — сначала во влагалище, потом в зад. И потом она еще высасывала остатки. Третий раз за такое короткое время — это было слишком даже для такого крепкого мужчины, как Денис. Организм просто отказывался выдавать новую порцию.
Но даже зная причину, он не мог избавиться от предательской мысли: «А если бы он мог, она бы продолжала. Она бы сосала его и сосала, пока он не наполнил бы ее рот спермой. И она бы проглотила — так же, как делала это раньше. Так же, как делала это всегда». Он незаметно сжал кулаки, вонзая ногти в ладони, чтобы отвлечься от пульсирующей боли в паху, и заставил себя дышать ровно.
Катя, кажется, тоже это поняла. Она оторвалась от своего занятия и села на пятки, тяжело дыша. Ее лицо раскраснелось, на лбу выступила испарина.
— Ты не кончаешь, — сказала она, и в ее голосе слышалось легкое разочарование.
Катя провела тыльной стороной ладони по губам, стирая с них слюну. Она бросила быстрый взгляд на Андрея — не виноватый, а скорее оценивающий: «Ты слышал? Ты понял?» Андрей встретил этот взгляд и ничего не сказал. Он сделал вид, что полностью поглощен видом огня в камине. Пусть думают, что он ничего не заметил. Пусть продолжают свою игру. Он будет смотреть — и запоминать.
— Прости, — Денис виновато развел руками. — Не знаю, что со мной. Наверное, перебрал с вином. Или это все... стресс.
— Ничего, — Катя улыбнулась и провела пальцами по его члену, все еще твердому как камень. — Ты все равно молодец. Такой большой и твердый. Я получила удовольствие.
Она встала с колен и, не одеваясь, подошла к Андрею. Опустилась на подлокотник его кресла, положила ладонь ему на грудь. Ее кожа была горячей, влажной от пота, пахла сексом и вином.
— Ты не злишься на меня? — спросила она тихо, заглядывая в глаза.
— Нет, — ответил Андрей, и это было правдой. Злости не было. Было что-то другое — сложное, многогранное, не поддающееся определению.
Я, мама и Иришка