по-прежнему глазеют — надеюсь, у них сердце здоровое. Господи, дай мне сил.
— Сегодня, мэм, — поторопил мужчина-офицер.
Я сделала ещё несколько глубоких вдохов и наконец открыла дверцу. Холодный воздух обжёг кожу, напоминая о моей уязвимости, и я вздрогнула, прежде чем поставить левую ступню на ледяной асфальт. Схватив ключи, я нажала блокировку двери и заставила себя подняться — абсолютно голая перед целым миром. Сердце, казалось, остановилось, когда женщина-полицейский закрыла за мной дверцу — и я осталась в ловушке снаружи, без укрытия, перед ними. Тут же проехала машина: водитель ошарашенно вытаращился, увидев меня с прижатыми к телу руками, и едва не врезался в передний патруль — так засмотрелся. Я готова была умереть на месте. Боже, соски так затвердели, будто их тянут, и каждый, наверное, заметил. Даже не берусь описывать лица стариков в окне — смесь шока, отвращения, а у мужчины — откровенного восторга. Видать, виагра ему пока не требуется.
— Итак, Аманда, — с улыбкой обратилась женщина-офицер. — Пойдём со мной. Я — офицер Коллинз, а в машине сидит начальник полиции нашего славного городка. Мы хотим кое-что обсудить и немного прокатимся, — а куда мы в итоге приедем, зависит от твоих ответов. Машина твоя в безопасности, её присмотрят, пока не сможешь забрать. Поехали, пока не начался переполох.
Мужчина-полицейский вернулся в свой патруль, а офицер Коллинз повела меня к своему. Снова проехала машина, на сей раз большой грузовик, и на этот раз пассажирка с переднего сиденья высунулась чуть ли не по пояс.
— О Господи, милый, — завопила она, и я поняла, что лицо знакомое. — Это та самая девчонка с прошлой недели, голая!
Вот чёрт, это тётя той девчонки, которая спрашивала меня, знаю ли я, что голая, — в прошлый раз! Чудесно, теперь у неё есть свежая порция сплетен про голую девку, бегающую по городу. Хотя бы «девушкой-призраком» не назвала.
Когда офицер Коллинз открыла мне заднюю дверцу, я с удивлением не обнаружила полотенца на сиденье — а оно бы не помешало: кто знает, кто тут сидел до меня.
— Садись, — скомандовала Коллинз.
— Прямо так? — уточнила я.
— Ты не первая, — фыркнула она и жестом велела залезать.
Я никогда не сидела в полицейской машине, и ненавидела то, что первый раз — вот так, голой, да ещё с начальником полиции в салоне. Я пыталась прикрываться руками, забираясь на заднее сиденье. Боже, обивка болтается, места для ног почти нет, — не повезло тем, кого арестовывают. Я поискала ремень безопасности, но не нашла и решила просто поджать колени к подбородку, чтобы ноги хоть как-то прикрывали грудь. Сидеть так на заднем сиденье было ужасно неудобно, но сейчас вообще всё ужасно неудобно.
— Мисс Джонсон, — дружелюбно обратился ко мне начальник полиции с переднего пассажирского сиденья, обернувшись. Офицер Коллинз села за руль. — Я Дэниел Карвер, начальник полиции нашего города. Рад наконец познакомиться. Когда мы с офицером Коллинз ехали на совещание в мэрию, по рации передали, что вас остановили. Поскольку у нас есть немного времени, решили воспользоваться случаем и подвезти вас. Надеюсь, мои сотрудники были с вами вежливы.
— Да, — ответила я, когда мы тронулись. Я оглянулась и проводила взглядом свою машину.
*****
— Хорошо, — облегчённо вздохнул он. — Им было велено обращаться с вами как с хрустальной вазой. Знаю, в понедельник вечером вас заметили — вы опускали письмо, кажется, — но вы убежали при виде патруля и ускользнули, чем изрядно их оконфузили. Так вот, мисс Джонсон, бояться вам нечего. Все они считают, что у вас
Муж и дочка