Понимающий, мудрый. Другой бы скандал устроил, а вы — нет.
— А что, был повод для скандала? — спросил Сергей, глядя Андрею прямо в глаза.
Тот на мгновение смутился, но быстро оправился.
— Ну... знаете, Лена была немного навеселе. Мы все были. И в таком состоянии можно наговорить лишнего, наделать глупостей... Но нет, все было очень прилично. Почти как в старые добрые времена.
Он хохотнул, и в этом смехе было что-то такое, от чего у Сергея сжались кулаки под столом.
— А что это были за времена? — спросил он, снова заставляя голос звучать нейтрально. — Вы упоминали что-то за завтраком вчера, но мне хотелось бы услышать... подробнее. Как это происходило? Что она любила?
Андрей откинулся на спинку стула, и его лицо приобрело мечтательное, почти плотоядное выражение.
— О, это было золотое время. — Он помолчал, явно смакуя воспоминания. — Ленка была огонь. Маленькая, ладная, с этими глазищами. Мы с Димой были лучшими друзьями, и когда появилась она... мы как-то сразу оба влюбились. Но она не хотела выбирать. Сказала: либо оба, либо никто. Понимаете? В семнадцать лет она уже знала, чего хочет. Она хотела нас обоих. И не просто по очереди — ей нужно было, чтобы мы оба были с ней сразу, одновременно.
Сергей слушал, и перед его мысленным взором снова всплывали картины, основанные теперь не на фантазиях, а на реальных словах.
— Мы собирались у меня на даче почти каждый день после школы, — продолжал Андрей. — Родители работали допоздна, так что времени было сколько угодно. Она приходила, мы запирали дверь, включали музыку... Она была ненасытная, честное слово. Мы, пацаны, едва успевали восстанавливаться. А ей всё было мало. Она могла часами...
Он вдруг осёкся и посмотрел на Сергея.
— Простите. Я, кажется, слишком увлёкся. Вам, наверное, неприятно это слушать.
— Нет, — сказал Сергей, и это было правдой. Внутри всё дрожало от странной смеси боли и возбуждения. — Продолжайте. Я хочу знать.
Андрей внимательно посмотрел на него, потом кивнул с каким-то новым уважением.
— Ну... в общем, Лена любила, когда мы оба были с ней. Сразу. Это было для неё самым большим удовольствием — чувствовать нас обоих внутри. Она говорила, что только так ощущает себя полной, заполненной до конца. Один спереди, другой сзади — это была её любимая поза. Она кричала так, что соседи жаловались. Иногда она лежала на мне, и тогда я чувствовал каждое движение Димы внутри неё — это было... непередаваемо. Она стонала, извивалась, её тело блестело от пота. Это было как искусство, честное слово. Не просто секс, а что-то большее. Мы её обожали. И она нас. Она часто говорила: «Мальчики, я люблю вас обоих. Никогда меня не бросайте». И мы не бросали. До самого выпускного.
Сергей чувствовал, как под столом у него снова нарастает напряжение — то самое, стыдное, жгучее. Он представлял свою жену, семнадцатилетнюю, лежащую на дачном диване, принимающую двух парней сразу, и её слова: «Ещё, пожалуйста, ещё...» Это было невыносимо. И это было невероятно возбуждающе.
— А вчера? — спросил Сергей, и его голос всё-таки дрогнул. — Вы... повторили? Всё то же самое?
Андрей посмотрел на него долгим, серьёзным взглядом, в котором не было ни насмешки, ни триумфа — только странная смесь благодарности и понимания.
— Сергей, я не буду врать. Вы взрослый человек. Лена — потрясающая женщина. Когда она пришла к нам. Она сказала: «Я хочу снова почувствовать себя той девчонкой». И мы дали ей это. Всё то же самое. И даже больше. Это случилось. Мы не планировали. Оно само. Как
Секрет 3