Постепенно мы с детьми вернулись к своей жизни и продолжили путь без неё. Несколько месяцев существование оставалось тёмным и безрадостным. Затем старший сын объявил, что они с молодой женой ждут ребёнка, и, несмотря на горько-сладкое понимание, как Эми хотела бы разделить эту радость, солнце пробилось сквозь облака. Младший сын окончил колледж с высшим отличием, и солнца стало ещё больше. Праздники дались тяжело и, думаю, всегда будут даваться тяжело, но приближалась весна, и солнце снова появлялось регулярно. Теперь я мог смотреть на её фотографию на столе и не плакать. Мы с детьми могли говорить о ней и вспоминать хорошие времена, не заставляя меня давиться слезами. Время лечит.
Но это было новым. Очень давно меня никто не привлекал, и моё эмоциональное «я» не могло примирить новые чувства со старой виной. Разумом я, конечно, понимал, что вина нелогична. Эми ушла, а то, что я продолжаю жить и хочу быть счастливым, не грех. Да и всё равно эта девушка вдвое моложе меня. Всё было слишком запутанно, поэтому я поступил, как, полагаю, поступили бы многие мужчины: попытался это игнорировать.
В следующие пару недель это было достаточно просто. Работа отправила меня в поездки: сначала в Хьюстон, затем на Западное побережье, где мы подбирали актёров для новой крупной серии рекламных роликов важного клиента. Работа не отпускала. Двенадцатичасовые дни, бесконечные прослушивания, на которых красивые, но совершенно бездарные женщины пытались читать реплики из нашего сценария с поразительным отсутствием выразительности. Фразы, которые нам с творческой группой казались наполненными драмой, звучали вяло и заурядно. Никакая режиссура не могла вытащить из них жизнь.
Ничего удивительного в этом не было. Я давно занимался такой работой и знал, как невероятно трудно найти «талант», в котором действительно есть талант. Производство одного ролика обходилось далеко за сто тысяч долларов, и всё зависело от нашей способности найти единственного человека, способного заставить замысел работать. Когда смотришь готовый результат, кажется, будто это легко, но, как сказал мне опытный продюсер в мой первый год работы: «Актёры всю жизнь учатся звучать перед камерой естественно. А ты хочешь, чтобы какой-то ребёнок сделал это за четыреста долларов в день».
И мы продолжали продираться вперёд. В Хьюстоне посмотрели больше сорока «актрис», в Лос-Анджелесе ещё около семидесяти пяти. Работа поглощала все силы и изматывала. Но в конце концов мы нашли привлекательную девушку с лучшей внешностью «соседки из соседнего дома», какую я видел за долгое время, и она, казалось, понимала задачу. К тому же была новичком: никаких крупных рекламных роликов, лишь несколько региональных театральных постановок. Она приехала в Лос-Анджелес ради большого успеха, но пока всё ещё обслуживала столики. Это могло стать её прорывом. Я надеялся, что так и будет, ради неё самой. То, что она была новым лицом, имело значение. Клиент хотел свежий образ для своей линии спортивных товаров, человека, с которым можно заключить многолетний контракт. Она подходила идеально.
Когда я позвонил и попросил её прийти на второе чтение, реакция сказала всё.
«Привет, Карен, это Коллин Хэллоран из HSDO. Как дела?»
«О, привет. Хорошо, спасибо».
«Карен, мы хотели узнать, сможете ли вы завтра утром снова прийти, поговорить и, возможно, прочитать ещё раз?»
«ПРАВДА? О боже!» Она едва сдерживала восторг. «Только скажите, когда и куда».
Я сообщил подробности, и даже когда мы уже прощались, услышал, как она сказала кому-то: «О боже! Они позвали меня снова».
На следующее утро мы встретились с ней за завтраком, и я увидел её в новом свете, буквально. Калифорнийское солнце заливало ресторан отеля, отражалось и играло на бокалах
Тебе еще 18 лет. Сучка!