Лена кончила в своей машине, молча, лаская клитор пальцами, наблюдая, как ее мужа используют как рукав для члена.
Это стало ритуалом. Она обнаружила его схему. Она следила за ним, находила удобную точку и наблюдала.
Его задница со спущенными трусиками в кружевах, торчала в воздухе, принимая лысого мужчину сзади, а ярко накрашенные губы обнимали член бородатого. Она видела его лежащим на спине, с раздвинутыми ногами, обхваченными мозолистыми руками, его трахали так сильно, что вся кровать ударялась о стену. Она видела, как он стонал, как он умолял о большем, как он слизывал сперму с их тел и испачканных простыней с отчаянием голодающего существа.
И ей это нравилось. Ей нравилось, как он играл эту роль. Полное подчинение. Уничтожение его хрупкой, пьяной мужественности. Он больше не был ее разочаровывающим мужем. Он был ее в более глубоком смысле — прекрасный, сломленный питомец, принадлежащий этим мужчинам, и, по свойству вуайеристской похоти, ей.
Сегодня вечером, знала она, была встреча. Он весь день был нервным, его движения были особенно грациозными, а кожа пахла ее цветочным лосьоном. Перед уходом она нежно поцеловала его, обводя языком контур его губ. «Хорошо проведи время», — прошептала она. Двойной смысл витал между ними, как общий секрет.
Она подождала час, прежде чем поехать в свой обычный мотель. На этот раз — номер 212. Шторы были задернуты, но окно ванной, матовое, но с прозрачной полосой сверху, открывало небольшой вид на гостиную. Она стояла в тени парковки, скрытая грязным фургоном, ее тело уже дрожало от предвкушения.
Сцена внутри была еще более напряженной, чем раньше. Его наклонили на высокий мягкий пуфик с выпяченной задницей, чулки были порваны на бедрах. Бородатый мужчина стоял позади него, его толстый член с неумолимым, влажным ритмом входил и выходил между нежных ягодиц Володи. Лысый мужчина стоял впереди, его член скользил по накрашенному лицу Володи, оставляя следы предсеменной жидкости на скулах и лбу. Рот Володи был открыт, язык высунут, ловя капли, когда они падали. Его глаза были затуманены, рассеяны от удовольствия. Его руки были связаны за спиной одним из ее шарфов.
Звуки были приглушенными, но достаточно отчетливыми: глубокие стоны мужчин, резкие шлепки по коже, сдавленные, благодарные всхлипы Володи.
Дыхание Лены затуманивало прохладный стакан. Ее соски были твердыми точками на тонкой блузке. Она была вся мокрая, трусики прилипли к ее распухшим губам. Она не прикасалась к себе. Пока нет. Она просто смотрела, запоминая каждую деталь.
Лысый мужчина схватил Володю за волосы, заставляя его откинуть голову назад. «Ты хочешь выпить это, раб? Ты хочешь, чтобы я наполнил твой желудок?»
Володя отчаянно кивал, его голос был прерывистым рыданием. «Пожалуйста... пожалуйста, мне это нужно...»
«Тогда открой рот пошире, сука».
Бородатый мужчина продолжал долбить его задницу, пока лысый направлял свой член на лицо Володи. Густая белая струя вырвалась наружу, забрызгав губы, нос, подбородок Володи, стекая на кружева его бюстгальтера. Он жадно слизывал её, облизывая губы, высасывая собственные пальцы. Это зрелище было настолько развратным, настолько шокирующе интимным, что у Лены подкосились колени. Горячий прилив возбуждения разлился по её бёдрам.
Бородатый мужчина взревел, вбиваясь в него, его тело дрожало, когда он излился в задницу Володи. Он вытащил член, и Лена увидела, как струйка белой жидкости вытекает из сжатого, использованного отверстия, стекая по чулкам к пуфику.
Они развязали его. Он рухнул на пол, бесформенная, грязная куча кружев и спермы. Мужчины оделись, смеялись, шлёпая друг друга по спине. Они бросили в него полотенце. «Приведи себя в порядок, милый. Нам нужно идти».
Они ушли, дверь закрылась с громким щелчком.
Лена ждала. Пять минут. Десять. Свет в комнате не гас.
Лена и Пикачу