она застонала, вепившись пальцами в его волосы, чувствуя, как мир начинает вращаться вокруг неё. Она широко расставила ноги, давая ему доступ, и он принялся ласкать её — языком, губами, пальцами — так искусно, так страстно, что её стоны становились всё громче, а тело начинало дрожать. Она чувствовала, как его язык входит в неё, как он играет с её клитором, как его пальцы массируют её влажные складки, и всё это сливалось в единый поток наслаждения, который рос с каждой секундой.
— S, s, cos! — стонала она, сжимая его голову, притягивая к себе ещё ближе. — Cos, cos!
Она слышала, как рядом Светлана уже начала стонать под ласками Лоренцо, и эти звуки, смешиваясь с её собственными, создавали невероятную симфонию страсти. Она открыла глаза и увидела, как Лоренцо, стоя напротив Светланы, полностью голый, ласкает её грудь, а она, запрокинув голову, стонет, не скрывая своего удовольствия. Это зрелище — её подруга, обнажённая и счастливая в руках итальянца, тоже обнажённого — завело Елену ещё сильнее, и она прижала голову Марко к себе, требуя больше.
Рядом Алессандро уже полностью раздел Марину, и она стояла перед ним в одних чулках — чёрных, с кружевной резинкой, которые подчёркивали её длинные ноги и делали её ещё более соблазнительной. Её фигура была воплощением женственности: пышные бёдра, осиная талия, высокая грудь, которую он покрывал поцелуями, спускаясь всё ниже, к её животу и бёдрам. Её кожа была оливкового оттенка, бархатистая на ощупь, а карие глаза горели страстью, когда она смотрела на него. Его тело, уже полностью обнажённое, было мощным и мускулистым, и когда она видела его член, твёрдый и толстый, одного взгляда на него хватало, чтобы у неё перехватывало дыхание.
— Non avere paura, bella. Sei al sicuro con me. — Не бойся, красавица. Ты в безопасности со мной. — Его руки гладили её спину, успокаивая, и она чувствовала, как его голос, его прикосновения снимают все барьеры. — Ты красива, ты желанна, и ты заслуживаешь этого. Позволь себе наслаждаться.
— S, amore mio, — прошептала она, — да, я хочу тебя.
Он уложил её на огромную кровать, которая стояла в центре спальни, и навис над ней, и теперь она могла видеть всё его тело — широкие плечи, рельефную грудь, твёрдый пресс, и его член, уже готовый войти в неё. Он покрывал поцелуями её покатые бёдра, внутреннюю сторону колен, и поднимался всё выше, к её влажной плоти. Его руки сжимали её ягодицы, раздвигая их, открывая доступ к её самому чувствительному месту, и она извивалась под ним, чувствуя, как его язык начинает ласкать её клитор. Марина застонала, откинув голову на подушки, и её тело выгнулось навстречу его губам.
— О, Боже! — вырвалось у неё по-русски, и её голос дрожал от удовольствия. — Да, да, вот так!
Светлана, стоявшая рядом с Лоренцо, видела, как Марина уже на кровати тает под языком Алессандро, а Елена, стоя в центре комнаты, стонет, вцепившись в волосы Марко. Она чувствовала себя частью этого общего действа, и это наполняло её необычайной смелостью. Она перестала думать о том, как она выглядит со стороны, и полностью отдалась Лоренцо. Его тело, стройное и подтянутое, с узкими бёдрами и плоским животом, было перед ней, и она видела, как его член, твёрдый и длинный, пульсирует от желания.
— Non preoccuparti, tesoro, — сказал он мягко, — не волнуйся, сокровище. — Он нежно поцеловал её в лоб, и этот жест был таким трогательным, что Светлана почувствовала, как тает лёд внутри неё. — Ты прекрасна,
настя и насильник для матери