было принято решение вернуться обратно в Калеичи и поужинать, так как я уже начинал испытывать дикую пустоту в определенных частях тела.
Шли мы прежними тропами, несмотря на поздний час люди парами встречались с частым интервалом и неизменно терялись в ночи. Екатерина, не изменяя своему сегодняшнему амплуа, вела меня по лабиринту узких улочек неведомо куда, хотя мест, где подавали еду, было в избытке. Пока шли, мы не обменялись ни словом.
Наконец мы очутились в скрытом дворике, где по словам учительницы подавали лучший кофе в медных джезвах.
— Даже в день великой революции было бы глупостью отказываться от насыщенного кофе, - заявила она, усаживаясь за круглый столик. А потом, сделав глоток, добавила: - Все еще чувствую привкус... Оттого странные ощущение во рту. Такое ощущение, будто пью кофе со спермой.
В качестве ужина она заказала себе Тартар в турецком стиле с ламанческим сыром и картошкой фри; мелко натертый сыр плотным одеялом лежал на брусках картошки с бараниной. Выглядело аппетитно. Мне она посетовала попробовать салат из печеных овощей. Сказала, что органические продукты способствуют быстрому восполнению потерянных белков. Мне же хотелось основательно приложиться к паре вареных раков, но в меню такого деликатеса не оказалось, поэтому пришлось ограничиться бейглом с томатом, щедро приправленным зеленым луком и кунжутом.
Пока ели, Екатерина спросила, как мне в целом Анталья? Я попытался в краткой форме обрисовать первые впечатления. А когда высказался, моя спутница сказала:
— И в этом как бы особенность существования в мире: нести в себе свежее впечатление от каждого прожитого дня. Ты так не думаешь?
Пока я раздумывал над ответом, у Екатерины забренчал телефон, и она отлучилась на минуту. А когда вернулась, поспешно объяснила, что ей пора уходить. И она ушла, оставив меня одного в этом тайном уголке райского города.
Отзвук близости с женщиной все еще теплился у меня в груди, и именно это(я в этом уверен) позволило мне выиграть намеченную гонку между грезами и действительностью, где призом выступало снятие надвинутых на мои глаза иллюзий. Все мое существо протестовало, желая вновь оказаться в обществе Екатерины Игоревны, унесшей в себе частичку меня. Застывшая картина ее влажных от похоти губ всплыла в памяти, отчего член вновь налился силой. Когда она минуту назад только собиралась уходить, странное чувство охватило меня с головы до ног, какое-то шевеление внутри, подобие инстинктивной тяги вскочить с места, удержать ее в моих объятиях. Но я не шевельнулся, и теперь в одиночестве возвращался в гостиницу, не обращая внимания на неумолчное мяуканье бездомных котов и всевозможные магазины, своим убранством больше напоминавшие музей.
~~~
Наутро погода испортилась. На небе плотным строем теснились тучи, набегавшие с моря; отдаленные раскаты грома, зарница на горизонте и горячий ветер, пропитанный запахом соли и специй, сулили дождливую пору.
Екатерина по какой-то неведомой мне причине игнорировала попытки выйти с ней на контакт, поэтому мне пришлось провести обычный туристический день, посетив несколько рекомендованных точек; вне сомнения, будь она со мною, с персональным гидом времяпровождение обрело бы более яркие впечатления. К тому же после вчерашнего мое тело жаждало новых сближений с женщиной, чего я в себе давно не наблюдал. Воистину воздух в Анталья пропитан желанием любви и близости.
Ближе к вечеру у меня наметился разговор с одной бельгийкой - низкорослая девушка с худыми голыми плечами; сквозь одежду чувствовалась вся пресность ее тела (к подобного рода плоти мужчина прибегает лишь в самых отчаянных ситуациях). Однако когда наши заигрывания переступили границу, подразумевавшую более тесный этап общения, девушка резко дала заднюю и удалилась, оставив меня наедине с моим вожделением.
Мария Антуанетта