и пятнами сырости, но в свете свечей они казались просто тёмным фоном. А ещё был запах — не только пыли и старой бумаги, но и тонкий, сладковатый аромат роз, смешанный с чем-то тёплым, восковым.
Кругом по ткани и старому паркету были небрежно разбросаны лепестки пунцовых роз. Они пахли свежо, по-настоящему, и от этого контраста — живой цветок среди мёртвой школы — у меня внутри что-то сжалось и одновременно расцвело.
Я была полностью готова принести себя в жертву на этом алтаре. В груди сладостно кольнуло, а между ног разгорелся такой неистовый пожар, что кожаные трусики показались мне орудием пытки.
Задыхаясь от вожделения, я потащила Томми за собой к покрывалу. Он на секунду замер у входа, с глухим стуком прикрывая за нами массивную дверь и щёлкая старым замком. Я двинулась дальше, скидывая обувь по дороге. Опустилась на колени на самом краю покрывала.
Томми медленно, тяжёлыми шагами обошёл меня и сел напротив. В полумраке его кожа приятно поблёскивала под лучами маленьких свечей. Сейчас, без уличной суеты, он казался мне ещё прекраснее и опаснее, чем прежде. Я кинула на него хищный, полный похоти взгляд, медленно изучая его фигуру снизу до самого верха — от глухого чёрного подола до массивных рогов. Вылитый демон. Его глаза горели ярким, магнетическим пламенем золотых радужек. И я снова тонула, вся целиком, в этих бездонных огнях.
Не в силах больше сдерживаться, я подалась вперёд в порыве дикого вожделения, требуя поцелуя. Томми ответил — сначала мягко, нежно, а затем его горячий язык глубоко скользнул мне в рот. Я ощутила приторно-сладкий, терпкий, чисто мужской привкус. Мне было мало, я хотела большего. Хотела, чтобы он прямо сейчас сорвал с меня остатки одежды и грубо взял со всей страстью, на которую был способен. Но Томми не спешил. Он даже не пытался меня лапать, его руки оставались неподвижны. Через несколько минут я почувствовала, что что-то не так, и неохотно отстранилась, разрывая этот сладкий поцелуй.
— Что не так, мой принц? — я ласково провела нежной ладонью по его жёсткой щеке.
— Это не очень хорошая идея — заниматься здесь сексом, — выдохнул он, и в его голосе проскользнули странные, вибрирующие нотки.
— Почему? Ты меня не хочешь? — я вплотную приблизилась к его заострённому уху и зашептала горячим, порочным шёпотом: — А я тебя хочу. Хочу почувствовать, какой ты крепкий и твёрдый внутри меня. Возьми меня...
Он смотрел на меня глазами, полными дикого, безудержного желания. Я видела его насквозь: он хотел меня до боли. Видела, как сильно ему хочется разорвать этот кожаный корсет, наброситься на меня и подмять под себя, как хищный зверь. Но его что-то упорно сдерживало. Теряя терпение, я дразняще лизнула его ухо кончиком языка и отстранилась. Ну хорошо, парень. Сейчас я устрою тебе такое шоу, против которого у тебя просто не останется шансов. Мы, чирлидерши, умеем управлять мужскими инстинктами.
Откинувшись немного назад и уперевшись руками в покрывало, я грациозно подняла свои стройные ноги вертикально вверх, демонстрируя ему идеальную растяжку. Зацепив пальцами края красных кожаных трусиков, я медленно, с кошачьей грацией потянула их через бёдра, выпуская на свободу свой набухший от желания бутон. Моя киска была рада вырваться из тесных оков, которые весь вечер приятно сдавливали её. Изголодавшаяся влага мгновенно хлынула наружу, смазывая нежную кожу. Не останавливаясь, я аккуратно стянула трусики до самых носочков и окончательно скинула их в сторону. Всё, эта деталь гардероба нам больше не понадобится.
Томми смотрел на меня диким, воспалённым взглядом. Он буквально пожирал меня глазами. Я знала, что победила.
Хочу что бы ты так меня оттрахал